Некомпетентность руководства Медицинского департамента в вопросах медицины заставила правительство в 1805 г., наряду с должностями генерал-штаб-докторов в армии и на флоте, ввести должность генерал-штаб-доктора «по гражданской части». Поначалу круг обязанностей генерал-штаб-доктора не был определен, Министерство внутренних дел использовало его главным образом в качестве эксперта по вопросам практической медицины и для выполнения поручений правительства по надзору за деятельностью медицинских учреждений.

Только в 1812 г. было создано специальное подразделение — Канцелярия генерал-штаб-доктора по гражданской части «для установки деятельного надзора по части практической, судебной и полицейской медицины» [36].

Генерал-штаб-доктору должны были подчиняться физикаты столиц и губернские управы, уездные и практикующие медики, аптеки, заведения при минеральных водах. Функции Канцелярии генерал-штаб-доктора состояли в следующем: «собирание сведений о больных, родах болезни и составление общих табелей», сбор информации и подготовка распоряжений об эпидемиях и скотских падежах. Канцелярия должна была организовать работу по «медико-физическому описанию губерний» и разработку способов ограждения «здравия народа» от вредных влияний, свойственных месту и климату. Важнейшими аспектами деятельности канцелярии являлись надзор за правильностью лечения и содержания больных в госпиталях и больницах и руководство мероприятиями по оспопрививанию. Генерал-штаб-доктор был наделен большими полномочиями: он имел право производить замену «неспо-собных врачей», назначать медицинских чиновников, награждать по службе.

Перечисленный круг обязанностей генерал-штаб-доктора требовал не только глубоких профессиональных знаний, но и административного опыта. При этих многочисленных обязанностях Канцелярия генерал-штаб-доктора состояла всего из восьми человек: самого генерал-штаб-доктора, его помощника (генерал-штаб-лекаря), секретаря, столоначальника, двух помощников столоначальника, журналиста (чиновника, ведущего журналы заседаний и текущую документацию) и двух писцов. Несмотря на то что законом не оговаривалась какая-либо подчиненность генерал-штаб-доктора и его Канцелярии Медицинскому департаменту, на практике такая зависимость все же существовала.

Таким образом, высшее руководство врачебно-санитарным делом было рассредоточено по нескольким подразделениям Министерства внутренних дел.

Основным направлением деятельности Медицинского департамента и Канцелярии генерал-штаб-доктора было руководство врачебно-санитарным делом на местах. Опубликованный в 1855—1858 гг. «Сборник циркуляров и инструкций Министерства внутренних дел с учреждения Министерства по 1 октября 1853 г.» в восьми томах дает представление о характере взаимодействия центральных и местных органов управления здравоохранением в первой половине XIX в. [46].

С 1797 г. в губерниях функционировали губернские врачебные управы в качестве правительственных органов здравоохранения на местах, которые регулярно представляли в министерство финансовую отчетность, сведения о медицинском персонале, подготовке фельдшеров и повивальных бабок, о появлении заразных заболеваний и пр. Создание губернских управ было, бесспорно, прогрессивным шагом. Однако из-за низкого правового статуса этих правительственных органов деятельность их на практике была малоэффективной.

Находясь в подчинении у Медицинского департамента Министерства и губернских властей, они не обладали даже призрачной самостоятельностью. Ряд инструкций и циркуляров постепенно ограничил их права и компетенцию.

В 1805 г. медицинская часть в армии и на флоте была выделена из ведения врачебных управ. В результате деятельность губернских врачебных управ свелась к констатации беспорядков во врачебно-санитарном деле, для ликвидации которых они не обладали надлежащей властью, и бесконечной переписке с соответствующими ведомствами [11, с, 53—55].

Устройством и содержанием больниц, приютов, богаделен, казенных аптек в губерниях продолжали распоряжаться приказы общественного призрения во главе с губернаторами, непосредственно подчинявшиеся Хозяйственному департаменту Министерства внутренних дел.

Вопросы борьбы с эпидемиями занимали важнейшее место в работе Министерства внутренних дел, о чем свидетельствует огромное число директивных и методических документов, направляемых в губернии. Во время больших эпидемий губернские управы должны были еженедельно посылать отчеты в министерство для последующих докладов царю. Особое внимание уделялось организации борьбы с оспой. Все медицинские чиновники гражданского ведомства, повивальные бабки и даже военные врачи были обязаны лично участвовать в оспопрививании (1805). В 1811 г. министерство внутренних дел потребовало организовать в духовных училищах обучение прививкам против оспы. Согласно указу Александра I, оспопрививание осуществлялось безвозмездно.

Хозяйственный департамент рассылал в губернские управы наборы для оспопрививания, состоящие из трех иголок и двух стекол (1813). На местах создавались специальные оспенные комитеты. За 1804—1815 гг. в России было привито 1 899 260 детей [1, 43]. В дальнейшем активность оспопрививания резко снизилась, и в 1830—1850-е годы Министерство многократно обращалось к губернаторам с требованием «о понуждении» оспенных комитетов к более активной деятельности.

Литература и архивные источники

История здравоохранения дореволюционной России (конец XVI-начало XX в.) 
/ Под ред. Р.У. Хабриева. - М.: ГЭОТАР-Медиа, 2014.

Поиск