Вскоре после издания декрета о создании Красной Армии 9 (22) февраля 1918 г. на заседании Оренбургского военно-революционного комитета был заслушан вопрос об организации частей Красной Армии на Южном Урале и был создан штаб. Большую роль в этом деле сыграли агитаторы Всероссийской коллегии по организации и управлению рабоче-крестьянской Красной Армии.

14 февраля 1918 г. в Оренбург прибыли ее первые представители. В начале марта в составе группы коллегии работало пять человек во главе с комиссаром М. М. Кибрицким.

В апреле 1918 г. формирование 28-го Уральского полка в Оренбурге проходило на основе добровольческого принципа. К середине апреля в него вступили 700 человек. Так создавались и другие части. В конце апреля по Оренбургской губернии в Красную Армию записались 6818 добровольцев, из них 3800 — из Оренбурга. Это были, в основном, местные рабочие, солдаты и крестьянская беднота.

Народ Оренбуржья, как и всей страны, устал от неурядиц и кровавой германской войны. В газете «Казачья правда» за 2-е марта в одной из корреспонденции так выражено отношение к власти вообще: «Для нас какая бы ни была власть – народная или еще какая, лишь бы батюшку Николая постановили да попов не сменяли! — говорят в деревне старухи... Для нас кто бы ни был у власти, лишь бы мануфактуры давали! — говорят девки... Для нас все равно будет, если они керосину и все дадут и не будут производить нахальства! — говорят старики».

Но не было на тот момент такой власти, которая бы «керосину дала» и «не нахальничала». Разлом в сознании нейтральных казаков как раз и произошел в результате «нахальничания» отрядов, снаряженных Советской властью на село за хлебом. Неумные командиры отрядов, действующих в казачьих станицах как завоеватели, путем «реквизиций и контрибуций» заставили казаков сначала возмутиться, а потом и взяться за оружие. На юге территории войска, на том самом, где казаки первыми провозгласили нейтралитет и мир с большевиками, первыми взялись и за оружие. В конце марта 1918 года казаки разгромили немногочисленный отряд продовольственников из Соль-Илецка под руководством матроса Персиянова, а 2-го апреля почти полностью уничтожили карательный отряд в 300 человек, вышедший из Оренбурга во главе с Цвиллингом на подавление взбунтовавшихся станиц. Комиссар Цвиллинг погиб.

4-го апреля казаки средних станиц (от Оренбурга до Орска) сформировали отряд и совершили налет на сам город Оренбург, учинив расправу над красногвардейцами и их семьями, разместившимися в казармах бывшего юнкерского училища.

Несмотря на внезапность, город захватить не удалось. Устоял красногвардейский штаб под командованием П. С. Курача в Хлебном переулке в бывшем доме Брагина (тогда № 7, теперь № 4), где находился и отряд интернационалистов во главе с венгром Шипко. Сюда прибыли товарищи, спасшиеся из дома Панкратова. Как вспоминает бывший красногвардеец Б. Филонов, белые сначала пытались атаковать штаб с перекрестка Введенской, но пулеметный огонь из полуподвального этажа штаба подавил атаку. На перекрестке Николаевской и Гостинодворской белоказаки установили пушки и стреляли из них, корректируя огонь из Панкратовского дома; пытались обойти штаб со стороны Хлебной площади, но все напрасно. Руководимый большевиками Военно-революционный штаб избрал основной базой обороны вокзал и Главные мастерские. Собранные им рабочие-красногвардейцы к полудню выбили белоказаков из города.

Снова потребовалась помощь В. И. Ленина, так как дутовцы не прекращали попыток прервать коммуникации и захватить город. В Оренбург из разных городов и с западного фронта прибыли советские воинские части, объединенные под командованием Г. В. Зиновьева, они до конца июня срывали все попытки белых.

Налет белоказаков на Оренбург, гибель под станицей Изобильной отряда С. М. Цвиллинга указали оренбургским рабочим на необходимость защиты революции. Эти события привели к возникновению как красных, так и белых казачьих формирований.

10 апреля Оренбургский губернский комитет Центрального комитета фабзавкомов предложил всем рабочим от 18 до 45 лет вооружиться для отражения возможных новых набегов.

13 мая 1918 г. на заседании Оренбургского губисполкома выступил военный комиссар Оренбургского казачьего войска А. С. Шереметьев, который сообщил о желании трудовых казаков первого округа организовать свой отряд для борьбы с контрреволюцией. Губисполком поддержал инициативу, но оружие им пришлось добывать в бою. Вскоре на базе этого отряда началось формирование 1-го советского Оренбургского трудового казачьего полка.

14 мая был опубликован приказ, в котором объявлялась мобилизация рабочих и служащих всех заводов, фабрик и железных дорог. Призывались все мужчины указанного возраста, а старше — могли вступать добровольно. Все мобилизованные до этому приказу равнялись в правах с красноармейцами. Вскоре мастеровые и рабочие заводов и фабрик Оренбурга составили 1-й Красногвардейский полк, а создававшиеся на базе фабрик и заводов части стали называться красногвардейскими. Такова была специфика организации здесь сил революции.

К казакам северных станиц «возмущение» пришло несколько позднее. Здесь до крови дело не дошло, но серьезно расстроило отношения между Верхнеуральским Совдепом и Уфимскими властями. В основу конфликта легли жалобы из станиц отдела, особенно Карагайской. Сразу после прихода продотряда в уезд, Совет, возглавляемый Николаем Ивановым, стал получать многочисленные жалобы с мест на продотрядников. Первыми прискакали карагайцы. Председатель сельсовета сообщал: «Отряды, посланные из Уфы, в пределах Карагайской станицы безобразничают, вплоть до насилия». Следом появился посланник Балканского прииска: «Уфимцы, без всякого разрешения, конфискуют и реквизируют у бедного населения хлеб и имущество, вплоть до детских панталонов». Несмотря на ликвидацию конфликта решительными действиями уездного Совдепа, казаки Карагайской станицы так и не простили «большевикам» их бесчинств. Когда в июне вокруг Верхне-Уральска образовался фронт, они, почти поголовно, встали на сторону белых.

К лету 1918 г. на территории Оренбургской губернии из рабочих, крестьян, трудовых казаков было создано 16 полков. Из них 9 (3-й Советский Бузулукский, Илецкий, 28-й Уральский, 1-й Оренбургский Красногвардейский, Покровский, два Орских, 1-й Советский трудового казачества, 3-й Интернациональный) составили Туркестанскую армию, сформированную 10 июля 1918 г. во главе с Г. В. Зиновьевым в районе Актюбинска – Орска; 7 полков составили отряд южноуральских партизан под командованием Н. Д. Каширина, а позднее В. К. Блюхера. Численность Туркестанской армии была 17 тыс., у партизан Каширина — 9–12 тыс. бойцов, т. е. всего на территории Южного Урала части Красной Армии и красногвардейцы составили летом 1918 г. 26—29 тыс. человек. У Дутова в октябре 1918 г. было немного больше 20 тыс. человек (по данным М. Д. Машина — не более 14 тыс.).

Положение чрезвычайно усложнилось в конце июня в связи с мятежом Чехословацкого корпуса. Белочехи отрезали Оренбург от Советской России, захватив ряд городов и в том числе Бузулук. Отряды дутовцев значительно усилились. В связи с создавшейся ситуацией на совещании губкома РКП (б), губисполкома и командования войсками решено было вывести войска из города.

2 июля 1918 г. красные части вынуждены были оставить Оренбург. Город почти на семь месяцев снова оказался под властью Дутова. А красный и белый террор продолжался с разной интенсивностью во всех городах и весях Оренбургской губернии.

См. Оренбуржье в годы гражданской войны

Поиск