Индекс материала
Югославия на рубеже 20 и 21 века
Экономические и политические реформы
Экономика 1990-х годов
События в Косово и их последствия
Экономические последствия войны в Косово
Только единение спасет сербов
Сентябрьско-октябрьский кризис 2000 г.
Все страницы

Природа Югославского кризиса

В конце XX в. распались три государства: СССР, СФРЮ и ЧССР. Народы этих стран не сумели до конца воспользоваться плодами победы над фашизмом. Они вошли в состав единого "социалистического содружества", глубоко интегрировали свою экономику, заняли достойное место в международных делах. Выступив пионе­рами грандиозного социального эксперимента, попытались реализовать в государст­венной практике идеалы социализма. Потерпев неудачу и разочаровавшись в них, они почти одновременно свернули на другую дорогу.

Разорвав устоявшиеся взаимовыгодные связи, действуя поодиночке, эти народы сразу же столкнулись с серьезными экономическими, политическими и духовно-нравственными проблемами. Реформы, осуществлявшиеся с огромными трудностями, привели к ускоренной трансформации собственности, болезненной перестройке всего общественного организма. В Югославии сразу же было отмечено резкое снижение объемов производства, сопровождавшееся остановкой предприятий и ростом безработицы. Падал жизненный уровень большинства населения, росла инфляция, и все это — при необоснованной поляризации общества и наглой легализации ма­фиозных структур.

Сербскому народу, как, впрочем, и другим народам Восточной Европы, не удалось за 1945—1990 гг. достичь подлинно демократического устройства общества. Все они оказались в тисках однопартийной диктатуры, монополистской идеологии, были уни­тарными государствами с гипертрофированной властью центра. Несмотря на декла­рацию о народовластии, реально существовала диктатура правящей партии, подав­лявшей всякое инакомыслие. Национальный вопрос был объявлен решенным, однако в действительности в межнациональных отношениях было сделано много грубых нарушений прав народов. Нынешний взрыв национализма стал расплатой за долго­летнюю диктатуру.

В Социалистической Федеративной Республике Югославии (СФРЮ) стремление к самостоятельности республик и ослабление центра усилились после смерти ее пре­зидента И. Броз Тито, которому удавалось с помощью жестких методов на протя­жении четырех десятилетий сохранять порядок и относительную целостность феде­рации. В то время опорой югославского единства являлись коммунистическая докт­рина, а также лозунг "Братство и единство всех народов".

После смерти Броз Тито, а также сужения сферы компетенции федерации в ре­зультате принятия новой Конституции 1974 г., предоставившей республикам большую самостоятельность, обстановка стала меняться. Попытки контроля со стороны Союза коммунистов Югославии (СКЮ) за проведением общей политики начали рассмат­риваться как вмешательство во внутренние дела республик и краев. "Конференция" государства в итоге привела к федерализации СКЮ, а впоследствии и к устранению его с политической арены. В результате национализм в Словении, Хорватии, Боснии и Герцеговине, а в Косово - исламский фундаментализм - стали почти государствен­ными идеологиями. К концу 80-х годов в Хорватии и Словении четко определились тенденции к отказу от югославской идеи как основы совместной жизни. Направление, в котором развивалась общественная жизнь в этих республиках, охарактеризовалось как "возврат в Европу", а представители хорватов и словенцев стали заявлять, что они будто бы никогда и не являлись балканскими народами, что исторически, культурно, религиозно и даже этнически они всегда входили только в сферу западной циви­лизации. Четко выдвигался тезис о полном отказе от совместного славянского прош­лого. Весьма показательно в этом смысле высказывание экс-президента Боснии и Герцеговины А. Изетбеговича о том, что он жаждет, чтобы ислам одержал победу: "Для меня главное, чтобы наше независимое государство было исламским".

Одной из главных причин распада СФРЮ изначально являлось значительное эко­номическое и культурное неравенство между республиками. Для преодоления этого еще в 1970-х годах был принят закон об отчислении развитыми республиками 2% своего общественного продукта в так называемый Фонд федерации по кредитованию недостаточно развитых республик и края Косово. Однако с начала 80-х годов раз­витые республики — Словения, Хорватия и Сербия - начали отчислять в этот фонд лишь 0,8%, а затем и вообще перестали это делать, что привело к значительному ухудшению экономического положения в слаборазвитых республиках. В Словении часто можно было слышать, что в Югославии якобы работают одни словенцы и они обеспечивают все остальные народы.

По мере углубления экономического кризиса в отдельных республиках стало наб­людаться стремление спасаться поодиночке. Все чаще звучали речи "о несовмес­тимости экономических интересов субъектов федерации". Зловещую роль в распаде федерации и отдельных государств сыграла этнократия, родное дитя партократии. Национальная идея сегодня — это лишь знамя, за которым легко просматривается от­кровенная борьба за власть. Безудержное стремление иных лидеров создать "для себя" абсолютно суверенное и "этнически" чистое государство - это и есть главная причина исторической западни, в которую попали республики бывшей СФРЮ. Однако за обострение межнациональной и религиозной розни и гражданскую войну на терри­тории Югославии несут ответственность не только республиканские этнократические элиты, но и страны Европейского Союза (ЕС) и Ватикан, поспешившие признать независимость Хорватии, Словении, Боснии и Герцеговины и Македонии без всяких на то объективных оснований. В то же время санкции, наложенные на Сербию и Чер­ногорию из-за присутствия армии СФРЮ в Боснии и Герцоговине в 1992 г., из­начально носили односторонний характер, хотя в югославском кризисе повинны в той или иной мере все вовлеченные в него стороны. Эти санкции нанесли огромный экономический и нравственный ущерб сербскому народу. В стране накалилась со­циально-политическая ситуация, стремительно развивался процесс поляризации общества, усилилась внутриполитическая борьба, резко ухудшилось экономическое положение. В результате распада югославской федерации возникло несколько мелких государств, враждующих и даже воюющих между собой.

Ситуацию на Балканах усложнил и произошедший в Европе распад мировой социалистической системы стран Восточной Европы, ознаменовавший собой переход в новую эпоху, совпавший по времени с приближением нового тысячелетия.

В расколе Югославии были заинтересованы те страны, которые хотели в сферу своего влияния включить отколовшиеся от нее территории. Они нашли в Югославии, т.е. в ее националистических кругах, "пятую колонну". Сегодня это констатируют и многие авторы-политологи (1).

---

1 - См. например: Behar P. Ine geopolitique pour l'Europe. Paris, 1992, p. 46.

возможности развития как единой нации — около трети их общего числа в СФРЮ проживали за пределами Сербии. Словения и Хорватия после прихода в них к власти националистически настроенных правых сил в одностороннем порядке объявили в июне Сербия и сербское население противились сепаратизму, быстро набиравшему в 1988-1991 гг. силу в Словении и Хорватии, поскольку распад Югославии лишал сербов 1991 г. о своей государственной независимости. Осуществление этого акта в ок­тябре 1991 г. и последовавшее за ним, как цепная реакция, провозглашение незави­симости Боснии и Герцеговины, Македонии вызвали лавину территориально-этничес­ких проблем.

Миротворческие организации и НАТО устранились от объективного подхода к конфликтующим сторонам и заняли одностороннюю антисербскую позицию. СРЮ -это единственная страна в Европе, которая была исключена из всех международных соглашений, имеющих отношения к Европе, из всех международных организаций. Вместо посредничества последовало ультимативное требование полной ликвидации Югославии, которое председатель Конференции ЕС по Югославии лорд Каррингтон сформулировал как "свое" предложение для решения югославского кризиса. В ок­тябре 1991 г. Югославия должна была исчезнуть с географической карты на осно­вании консенсуса руководителей шести федеративных единиц. ЕС таким образом сняло бы с себя ответственность за исчезновение европейского государства, члена и основателя ООН и СБСЕ. Россия не смогла сыграть роль контрбаланса при осуществлении политики двойных стандартов. "Если существует ирония истории, это, без сомнения, развал Югославии и провозглашение Сербии агрессором в своей собственной стране, стране, которая в двух войнах внесла значительный вклад в создание современной демократической Европы, а в "холодной войне" сыграла ста­билизирующую роль" (2), - отмечала сербский историк Смиля Аврамов.

После провозглашения независимости Боснии и Герцеговины и приема ее в ООН весной 1992 г. произошел формальный раскол республики по этническому принципу, который привел к трагической гражданской войне.

Народам бывшей Югославии досталось тяжелое наследие. Большие страдания выпали на долю югославских народов в последние годы (3). Более пяти лет, не считая трехмесячной войны в Косово в 1999 г., шла гражданская и межэтническая война, эпицентром которой с 1992 г. были Босния и Герцеговина. Только в Боснии, по под­счетам югославских военных экспертов, погибло от 130 до 150 тыс. человек. При этом не менее 100 тыс. убитых составили мирные жители. Разрушены сотни сел, де­сятки городов, утрачено множество культурных ценностей.

Разрыв экономических связей между бывшими республиками, а теперь самостоя­тельными государствами, произошедший в результате распада югославской федера­ции, весьма враждебные отношения между ними привели к резкому падению уровня жизни народов (кроме, может быть, Словении), отбросив их на несколько десятков лет назад. Тяжелое, почти катастрофическое положение связано и с тем, что СРЮ на­чиная с 31 мая 1992 г. непрерывно подвергалась несправедливым и односторонним санкциям. Решениями Совета Безопасности ООН (резолюции 757, 787 и 820) были установлены самые тяжелые санкции, которые когда бы то ни было применялись к какой-либо стране. То, что не произошло даже во время второй мировой войны -остановка транспорта и изоляция сербской территории от всего мира, — было пре­творено в жизнь весной 1992 г. В соответствии с санкциями оказались заблокированы транспортные и транзитные перевозки, закрыты все морские гавани и сербские порты на Дунае. Были перекрыты газопроводы, заморожены за границей счета югославских фирм, организаций и банков, прекращено всякое инвестирование, а это означало неминуемое замедление, а затем и паралич хозяйственного развития.

---

2 - Аврамов С. Сербия в международных отношениях. - Научное собрание Сербской академии наук 15-16 июня 1992 г.
3 - Подробнее см. Волков В.К. Трагедия Югославии. — Новая и новейшая история, 1994, № 4—5. 30

Положение в Югославии все эти годы можно было сравнивать с положением осажденной крепости, где миллионы граждан были доведены до крайней степени нужды. Дома, школы и больницы не отапливались, за хлебом выстраивались громадные очереди. Резко ухудшилось здоровье населения, повысилась смертность и снизи­лась рождаемость. Ко всему этому добавилась и "политика двойного стандарта" в отношении участников конфликта со стороны НАТО и ЕС. Эта политика восприни­малась как горькая обида сербами, а мусульманами и хорватами расценивалась как поддержка их стремлений в безжалостной и бескомпромиссной борьбе с сербами. Игнорирование интересов одной из сторон в конфликте завело в тупик все попытки их умиротворения посредством дипломатических усилий. В результате ни одна между­народная организация - ни ЕС, ни ООН, ни ОБСЕ - не смогли остановить войну. Все усилия на этом пути завершились военными операциями против республики Сербской в Боснии и Герцеговине силами НАТО, которая подвергла наказанию, в частности бомбардировкам, опять-таки одних только сербов.

После трех лет жестоких сражений в Боснии и Герцеговине в г. Дейтоне, под Парижем, 15 декабря 1995 г. был подписан план мирного урегулирования в этой быв­шей югославской республике. Пакет договоренностей состоял из двух частей: воен­ных вопросов урегулирования, направленных на прекращение военных действий, раз­ведение воюющих сторон, разминирование территории и других мероприятий, и граж­данских статей, включавших нормализацию обстановки, реализацию конституции Боснии и Герцеговины, проведение выборов, восстановление экономики и решение проблемы беженцев. Конфликтующие стороны обязались решить эти нелегкие вопросы в течение года.

Роль мирового сообщества в урегулировании балканского кризиса в целом была положительной. Но в ходе этого урегулирования постепенно складывается новая система обеспечения европейской безопасности, в которой все возрастающую роль играет НАТО. После Дейтона Запад активизировал усилия на включение и СРЮ в зону своего геополитического влияния.

С учетом тех страданий, которые пережили за минувшие годы народы Югославии, эйфория большинства югославских руководителей в связи с подписанием Дейтонских соглашений была совершенно естественна. Гораздо более сдержан в своих оценках был К. Бильдт, которого ЕС назначил верховным координатором по их осуществле­нию. По его мнению, "текст соглашений содержит слишком много ненадежных посы­лок. Так, например, они исходят из того, что боснийские стороны априори являются партнерами, в то время как на деле речь идет об исторических противниках, не желающих жить вместе. По-видимому, убедить народы Боснии в необходимости жить вместе можно лишь одним путем: оказать им материальную поддержку, в которой они так нуждаются после трех лет жестокой войны... Международное сообщество может лишь способствовать процессу примирения, а не насаждать мир, если его не желают те, кто вовлечен в конфликт" (4).

---

4 - Свободная мысль, М, февраль 1997, с. 37.



Поиск