Социальный строй после Смуты

Усиливая централизм в управлении, первые Романовы стремились внести элементы централизации и в социальную политику. Правительства выполняли функцию арбитража во всех социальных конфликтах, вмешиваясь не только в меж- и внутрисословные отношения, но нередко даже во внутриродовые споры или церковные дела.

сословия

Усиливая централизм в управлении, первые Романовы стремились внести элементы централизации и в социальную политику. Правительства выполняли функцию арбитража во всех социальных конфликтах, вмешиваясь не только в меж- и внутрисословные отношения, но нередко даже во внутриродовые споры или церковные дела.

Все сословия обязаны были служить государству и отличались лишь характером возложенных на них повинностей. Население делилось на служилых людей и тяглых людей.

Во главе служилого сословия стояло около сотни боярских фамилий – потомков бывших великих и удельных князей. Они занимали все высшие должности в военном и гражданском управлении, но постепенно в течение XVII века их позиции теснили выходцы из средних служилых слоев. Шло слияние бояр и дворян в один класс «государственных служилых людей». По своим социальным и национальным корням этот класс отличался заметной пестротой. В него входили потомки князей и их слуг, выходцы из тягловых сословий, дети священников, купцов, казаков, выходцы из Литвы, крещеные татары. Первоначально доступ к государственной службе был открыт всем свободным людям. По мере складывания государственной организации класс служилых приобретал все более замкнутый характер.

Дворяне получали за службу поместья из государственных земельных фондов. Потомки вотчинников, в свою очередь, активно привлекались к государственной службе. Это вело к стиранию граней между вотчинным и поместным землевладением.

География страны, становясь все обширнее, вызывала миграцию на новые земли, часто бесконтрольную, когда страдала система государственных налогов. Ничего лучшего, нежели юридическое прикрепление людей, правительство в тех условиях придумать не могло. При этом на практике к тем, кто бежал на новые окраины, серьезных мер чаще всего не применялось. Прикрепление крестьян к земле имело сильнейшие социальные последствия. Не было обеспечено четкой юридической регламентации отношений между помещиками и крестьянами, что открывало широкие возможности для помещичьего произвола. Практика распоряжения личностью крепостных со стороны помещиков неуклонно нарастала, хотя в XVII веке еще далека была от размеров «критической массы». Значительно благоприятней было положение государственных и дворцовых крестьян, сохранивших полноценное самоуправление и несших только одно тягло – в пользу государства. Их доля среди всего крестьянства была преобладающей.

Казачья вольница поначалу доставляла немало хлопот московским властям, поскольку влекла беглых крепостных из центральных районов. Но в дальнейшем установился прочный союз казачества с государственной властью.

Казаки объединялись в военно-демократические организации, управляемые на местах выборными старшинами. Московское правительство признало за казаками право на владение землей, оказывало им помощь провиантом, деньгами и оружием.

Казачество обязывалось нести пограничную службу на рубежах государства. В течение всего XVII века оно вело не прекращавшуюся ожесточенную борьбу с турками, крымскими татарами, ногайцами. Казаки в XVII веке были равны между собой в правах, не имели существенных социальных различий.

В Московском государстве не было сильной и самостоятельной буржуазии – такой, как в Европе. Конечно, в Москве и торговых городах (Новгород, Псков, Ярославль, Нижний Новгород, Астрахань) имелись богатые купцы, но на политическое влияние они не претендовали.

Русские купцы, промышленники, ремесленники организовывались в «сотни», контролируемые правительством.

Влиятельным сословием в XVII веке было духовенство, являвшееся наиболее образованной категорией населения и державшая в своих руках такие сферы, как просвещение, культура, идеология.

Немало людей входило и в низшие слои служилого класса – однодворцы, стрельцы, пушкари, ямщики и др.

Особую прослойку общества составляли монахи и монастырские слуги.

Были и такие, кто относился к «гулящим», находился вне крестьянских и посадских общин, не нес «государева тягла» – наемные рабочие, скоморохи, нищие, бродяги и т. п.