Сибирский кадетский корпус

Сибирский кадетский корпус готовил своих воспитанников для службы офицерами в линейных батальонах и в казачьих войсках отдельного Сибирского корпуса. В кадетский корпус могли поступать сыновья офицеров отдельного Сибирского корпуса и гражданских чиновников из дворян, служащих или служивших в Сибири, а также дети войскового сословия казачьих войск с таким расчетом, чтобы при поступлении они имели не менее 7-и, а по выпуску не менее 17-и лет от роду.

Сибирский кадетский корпус готовил своих воспитанников для службы офицерами в линейных батальонах и в казачьих войсках отдельного Сибирского корпуса. В кадетский корпус могли поступать сыновья офицеров отдельного Сибирского корпуса и гражданских чиновников из дворян, служащих или служивших в Сибири, а также дети войскового сословия казачьих войск с таким расчетом, чтобы при поступлении они имели не менее 7-и, а по выпуску не менее 17-и лет от роду.

В строевом отношении корпус представлял собой роту и эскадрон, в каждом подразделении которого обучалось по 120 воспитанников. В роте обучались воспитанники с последующим устройством  в регулярные  войска,  а в  эскадроне только воспитанники казачьего сословия для дальнейшей службы в иррегулярных войсках (1).

Управление корпусом было вверено директору, назначаемому из способных и достойных штаб-офицеров, который наблюдал за сохранением порядка во всем заведении. Непосредственное же наблюдение за воспитанниками лежало на подчиненных ему лицах: ротном и эскадронных командирах и офицерах отделений.

Делами по хозяйственной части и письмоводству заведовал смотритель экономии офицерского звания, исполняющий к тому же и обязанности полицмейстера. При нем состояли его помощники и писарь урядничего звания, а также рядовой и унтер-офицерский состав.

Для медицинского обеспечения корпуса был лазарет с одним врачом и фельдшером.

Обучение предметам в корпусе возлагалось на штат преподавателей, но некоторые предметы вели сами ротные и эскадронные офицеры (2). Из числа воспитанников в каждое подразделение из наиболее благополучных кадетов назначался вахмистр и фельдфебель в эскадрон и роту соответственно, а также 14 унтер-офицеров. Они ставились как прямые начальники над рядовыми воспитанниками. Задача младших командиров заключалась в поддержании среди воспитанников внутреннего порядка и дисциплины. Все воспитанники корпуса размещались по отделениям, которых в эскадроне было четыре. Эти группы составлялись только по ранжиру. Каждое отделение имело особую спальную комнату, которая служила и для учебных занятий вне классного времени.

Весь остальной штат был схож со штатом Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса. Сибирский кадетский корпус был подчинен главному начальнику военно-учебных заведений и состоял под попечительством командира отдельного Сибирского корпуса (3).

Из вышесказанного можно сделать вывод, что оба учебных заведения по штатному устройству и подчинению несколько отличались от «армейских» кадетских корпусов.

  • Во-первых, в строевом отношении они уже больше напоминают казачью сотню, чем армейскую роту.
  • Во-вторых, очень большое влияние на корпуса имело местное начальство, а не высшее военное руководство.
  • Этим определяется и еще одна их особенность: ориентированность корпусов на дальнейшую службу в своем крае.
  • Если же по данным характеристикам сравнивать их между собой, то Сибирский кадетский корпус имеет в отличие от Оренбургского Неплюевского двойственный характер, так как состоял и из роты, и из эскадрона.
  • Еще одним отличием является то, что директор Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса назначался не из полковников, как в Сибирском кадетском корпусе, а из генералов.

Следовательно, Оренбургский Неплюевский кадетский корпус по положению и как войсковая единица ставился выше Сибирского кадетского корпуса. Об этом говорит также и то, что Оренбургский Неплюевский кадетский корпус имел и еще одного штаб-офицера — командира дивизиона.

Обучение

Курс обучения в Сибирском кадетском корпусе, в отличие от других кадетских корпусов, составлял 6 лет и был разделен на 3 класса: нижний, средний и верхний. Интересен тот факт, что при корпусе 22 вакансии были определены для отдельного класса восточных языков с целью приготовления толмачей (переводчиков) и топографов.

Предметы обучения были схожи с предметами Оренбургского Неплюевского кадетского корпуса, однако программы были другие, а курс более сокращенней. Соблюдался принцип большей направленности на общеобразовательные дисциплины в нижнем и среднем классе.

Изучение военных дисциплин, как и в Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе, начиналось только в верхнем классе. Несмотря на сокращенный срок обучения, в учебной программе были такие предметы, как французский или немецкий языки, строительное искусство с главными началами архитектуры, которые отсутствовали в Оренбургском Неплюевском кадетском корпусе. Воспитанники из казачьего сословия дополнительно изучали татарский язык.

В классах уроки продолжались утром с 8 до 11 часов, после обеда — с 15 до 18 часов. После вечерних классов, до 20 часов воспитанники должны были оставаться в своих помещениях по отделениям и заниматься приготовлением уроков.

Сверх перечисленных предметов кадеты Сибирского кадетского корпуса так же, как и их коллеги из Оренбурга обучались гимнастике, плаванию, танцам, пению, фехтованию и верховой езде. В свободное от классов время кадеты занимались фронтовым учением.

В лагерное же время их обучали рассыпному строю, форпостной службе, топографической съемке, саперным и военно-лабораторным работам, стрельбе в цель из артиллерийских орудий и ружей. Выпуску воспитанников из корпуса предшествовал подробный экзамен, производившийся в присутствии главного местного начальства, который определял разряд выпускника.

Из вышесказанного хорошо видно, что военным дисциплинам в курсе обучения уделялось не самое пристальное внимание. Несмотря на то, что молодых людей готовили к военной службе, можно отметить более светский характер образования и обращение большего внимания на научные, а не на военные познания выпускников.

Еще одним несомненным просчетом являлось то, что верховая езда, являющаяся для казака одним из основных и профилирующих навыков, не была включена в учебный план, а рассматривалась только во время внеклассных занятий.

Распорядок дня

Распорядок дня был одинаков для обоих кадетских корпусов:

  • 5.30 – 7.00 — подъем, умывание, одевание, молитва, завтрак.
  • 7.00 – 8.00 –– приготовление уроков.
  • 8.00 – 11.00 — две лекции, между которыми прогулка 15 минут на воздухе.
  • 11.00 – 12.00 –– фронтовое ученье.
  • 12.00 – 13.00 –– гимнастика, фехтование, танцы, пение, верховая езда.
  • 13.00 – 13.30 –– прогулка на свежем воздухе.
  • 13.30 – 14.00 –– обед.
  • 14.00 – 15.00 –– отдых.
  • 15.00 – 18.00 –– две лекции, прогулка между ними.
  • 18.00 – 18.30 –– отдых.
  • 18.30 – 20.00 –– приготовление уроков.
  • 20.30 – 21.00 –– ужин, молитва.
  • 21.00 – 21.30 –– умывание, приготовление ко сну, отбой.

Из распорядка дня хорошо видно, что он менее отвечает военному образцу и более направлен на учебную деятельность. Нет различных построений, разводов и утренней физической зарядки. Однако некоторые его элементы указывают на то, что перед нами военно-учебное заведение. Это в первую очередь строевая подготовка, представленная фронтовым учением, а также занятия по фехтованию, верховой езде и другому.

Обмундирование и вооружение в Сибирском кадетском корпусе было одинаковым со строевыми войсками, сапоги солдатского образца с портянками носились круглый год.

Тот факт, что в Сибирском кадетском корпусе форма одежды кадетов была выполнена не на казачий лад, еще раз доказывает двойственность данного военно-учебного заведения, специализирующегося на подготовке как казачьего сословия, так и армейских офицеров.

При всем отличии в различных сферах деятельности корпусов, в вопросах внутреннего порядка оба кадетских корпуса руководствовались общими правилами, наставлениями и инструкциями, а отличия были незначительными. И распорядок дня, и внутренний порядок в подразделениях находились на должном уровне и вполне отвечали условиям для нормальной жизнедеятельности.

Столовое довольствие

Столовое довольствие воспитанников обоих корпусов было почти одинаковым. Завтрак состоял из 1/4 фунта пшеничного хлеба с водой. За обедом и ужином давали щи из кислой капусты с мясом и кашу из ячневой крупы.

Во время постов по средам и пятницам не допускалось ни мяса, ни масла. Лишь в праздники за обедом подавалась жареная говядина или рыба, прибавлялось и третье блюдо: пирожки с мясом, студень или пшеничные оладьи.

Конечно, сегодня продовольственное обеспечение в любом кадетском корпусе на порядок выше. На каждый прием пищи положено мясо, а на обед 1-е и 2-е блюда. Но здесь во внимание необходимо принимать тот факт, что в середине XIX века положение с продовольствием было сложным, и не всегда корпуса могли себе позволить излишества в вопросах питания. К тому же энергетическая ценность продуктов середины XIX века и нынешних заметно отличается в пользу первых. Ну и последний фактор - это то, что кадеты, воспитываясь в родном крае периодически получали гостинцы от родных.

Хозяйственно-бытовое обеспечение

Круглый год по субботам после обеда воспитанники ходили в баню. В данное время занятий не назначали. Купание воспитанников летом не входило в расписание, а представляло собой лишь вид поощрения после удачного фронтового учения, что способствовало санитарии и личной гигиене воспитанников.

Особенно это актуально потому, что в то время были очень распространены различные заболевания, которые нередко вызывали и смерть кадетов, а медицина не во всех случаях могла помочь больному.

Все вышесказанное говорит о должном уровне хозяйственно-бытового обеспечения в кадетских корпусах, что обеспечивало продуктивную подготовку будущих офицеров.

Сословное неравенство и его устранение

До середины 50-х годов XIX века в распределении на вакансии по выпуску в обоих корпусах имела место одна интересная особенность, касающаяся сословного неравенства. А именно то, что «не дворяне» были выпускаемы из заведений урядниками с правом производства в офицеры через год, в отличие от дворян.

Данная несправедливость негативно влияла на психологическое состояние учащихся корпуса. Вот что пишет по этому поводу начальник Главного управления военно-учебных заведений военному министру генерал-адъютанту и кавалеру князю Долгорукову 1-му:

«В Сибирском кадетском корпусе неравенство прав воспитанников производит важный вред и собственно воспитанию и в учебном, и в нравственном отношении, ибо весьма часто отличных воспитанников выпускают из сего заведения урядниками, а менее их достойных производят в офицеры, что в самом заведении это неравенство делит воспитанников на особые касты».

Попытки уравнять право на производство дворян и недворян наблюдались довольно часто. Например, командир отдельного сибирского корпуса генерал от инфантерии Гасфорт еще в начале 1850-х годов ходатайствовал:

«... о предоставлении права на производство хорунжими в казачьи полки тем воспитанникам, которые должны по происхождению своему как не дворяне, быть выпускаемы из заведения в конно-артиллерийские батареи и казачьи полки урядниками с правом производства в офицеры через один год».

Вскоре справедливость была восстановлена. С 1855 года права по выпуску дворян и не дворян в обоих кадетских корпусах были уравнены.

Воспитанники Сибирского кадетского корпуса по окончании курса выходили сотниками, хорунжими или урядниками в казачьи полки в зависимости от разряда, полученного по выпускному экзамену, по такому же принципу, как и выпускники из Оренбурга.

Неспособные же воспитанники из казачьего сословия поступали в Сибирское казачье линейное войско на нестроевые должности. Рассмотрим выпуск офицеров из корпуса 1862 года. Сотник Сапожников из казаков получил самое высокое звание, другие казаки: Грязнов, Пахоруков, Путинцев, Сальников, Трошков, Усов, Чукрьев и Шишкин выпустились хорунжими, урядниками из стен корпуса в данном году никто не вышел.

Одним из наиболее известных выпускников Сибирского кадетского корпуса является Георгий Ефремович Катанаев, который в 1865 году окончил данный корпус с чином хорунжего. Впоследствии Георгий Ефремович войдет в историю как известный краевед и историк Сибирского казачьего войска.

——

1. Краткий исторический очерк 1-го Сибирского Императора Александра I кадетского корпуса. М., 1915. С. 19-22.

2. Государственный архив Омской области. Ф. 19. Оп. 1. Д. 73а. Л. 4-5.

3. Исторический очерк образования и развития Сибирского кадетского корпуса 1826-1876. Омск, 1884. С. 37-^0.

4. Государственный архив Омской области. Ф. 19. Оп. 1. Д. 83. Л. 7.

5 Краткий исторический очерк 1-го Сибирского Императора Александра I кадетского корпуса. М., 1915. С.100-105.

Бобылев Д.В. Подготовка казачьих офицерских кадров в России в системе военного образования во второй половине XIX века. - Оренбург, 2010.