Основание Николаевской обсерватории

Николаевская морская обсерватория в мае 2021 г. отмечает 200 лет со дня основания.

Николаевская обсерватория

Николаевская морская обсерватория в мае 2021 г. отмечает 200 лет со дня основания.

Эта статья написана по материалам Архива АН СССР в Ленинграде, Центрального государственного архива ВМФ СССР, Николаевского областного государственного архива, архива Николаевской обсерватории. Опубликована в 1975 году, в то время это Николаевское отделение Главной астрономической обсерватории АН СССР.

В результате возвращения причерноморских земель, захваченных Турцией, и окончательного закрепления Россией своего выхода к Черному морю, в конце XVIII в. возникает ряд причерноморских городов:

  • Херсон (1778);
  • Николаев (1781);
  • Севастополь (1783);
  • Одесса (1794).

Город Николаев, недалеко от центра которого в настоящее время находится обсерватория (рис. 1), расположен на полуострове, образуемом слиянием рек Южного Буга и Ингула. Эта территория отошла к России по Кючук-Кайнарджийскому мирному договору 1774 г. Город рос около строившейся верфи, а вокруг, по повелению графа Потемкина, расположились поселения военного и черноморского ведомств.

В Николаеве с 1796 г. по 1856 г. находился штаб Черноморского флота, в котором работали выдающиеся русские флотоводцы Ф.Ф. Ушаков, А.С. Грейг, М.П. Лазарев, В.А. Корнилов. Интенсивное судостроение, развивающийся военный флот, осваивающий Черное и Средиземное моря с выходом в океан, требовали создания морской астрономической службы. Подобная служба была создана в Кронштадте в начале 1820 г.

С решением этой задачи в Николаеве и связано создание обсерватории на юге России, способной не только удовлетворять запросы флота, но и заниматься чисто научными вопросами. В этом несомненная заслуга главного командира Черноморского флота и портов вице-адмирала Алексея Самойловича Грейга.

Главное здание Николаевской обсерватории 

Рис. 1. Главное здание Николаевской обсерватории.

А.С. Грейг (1775—1845) — потомственный моряк; его отец, родом из Шотландии, был приглашен Екатериной II на морскую службу в Россию и известен как герой Чесменского сражения (1770). Сам А.С. Грейг получил морское образование в Англии. В письме академика Ф.И. Шуберта к директору Дерптской оберватории В.Я. Струве отмечаются преимущества предполагаемой обсерватории в Севастополе: хороший климат и «соседство командующего флотом в Черном море адмирала Грейга, большого любителя и знатока астрономии»1.

К.X. Кнорре, первый морской астроном в Николаеве, в статье для Новороссийского календаря о Николаевской обсерватории пишет:

«устройство ее, к счастью, было поручено начальнику, который, имея сам высокие сведения не только по астрономии, но и по всем математическим и физическим наукам, приложил все старания, чтобы соорудить здание, в полной мере соответствующее нынешнему состоянию науки, несмотря на ограниченность средств, ему предоставленных. Можно смело сказать, что, без неусыпных трудов и особенного усердия адмирала Грейга, Николаевская обсерватория не существовала бы, или по крайней мере не имела бы достаточно средств, чтобы споспешествовать к развитию астрономии» 2).

Задолго до окончания постройки новой обсерватории, при доме адмирала функционировала его личная обсерватория. Украшением этой обсерватории должен был служить двухфутовый меридианный круг Либгера, установку которого Грейг собирался поручить морскому астроному. Интересно распоряжение Грейга от 27 февраля 1819 г. Черноморской исполнительной экспедиции:

«Замечено мною, что в городе и адмиралтействе часы бьют весьма неверно, отчего и могут происходить затруднения и неудобства в распоряжениях как по адмиралтейским работам, так и в самом городе, когда не будет наблюдаемо одинаковое время. Вследствие чего при доме главного командира имеет быть поставлена пушка, из которой каждого дня ровно в двенадцать часов пополуночи (т. е. в полдень) будет сделан выстрел; экспедиции благоволит же учинить распоряжение: чтобы за сим выстрелом начинали бить часы на адмиралтейской гауптвахте и при соборной церкви» 3.

памятник адмиралу Грейгу

Рис. 2. Существовавший ранее в Николаеве памятник адмиралу А.С. Грейгу. Скульптор М.О. Микешин.

Аналогичные мероприятия в соседних городах осуществлены в середине XIX в. В Одессе, чтобы устранить расхождение в показаниях часов, доходящее до получаса, в 1855 г. во дворце графа Воронцова Николаевским астрономом К. X. Кнорре установлены «превосходные солнечные часы оригинального и точного устройства»4. Для города Херсона одни раз в неделю Кнорре подавал сигналы точного времени по телеграфу.

Существовавшая частная обсерватория Грейга ни в коей мере не могла заменить собою морскую обсерваторию. Поскольку «высочайшего решения» о строительстве морской обсерватории в Николаеве еще не было, в 1819 г. Грейг приказал построить по проекту архитектора Вунша в Спасске (часть г. Николаева) при дворце «деревянный обсервационный домик». Никаких сведений об инструментах или работе этой обсерватории обнаружить не удалось. Известно только, что домик был построен 5.

В это же время начинается поиск кандидатуры на должность морского астронома, способного возглавить будущую большую обсерваторию. Обязанности астронома обширны: от преподавания астрономии в местном штурманском училище до решения практических задач, связанных с нуждами флота. Это: регулярное определение из наблюдений точного времени, поверка морских хронометров и различных астрономических приборов, отпускаемых на суда, обучение офицеров флота способам наблюдений и вычислений, руководство и оказание помощи при съемках побережья Черного, Азовского и Мраморного морей. В оставшееся свободное время астроном мог заниматься чисто научными вопросами.

В начале 1820 г. еще окончательно не решен вопрос о городе, в котором будет строиться морская обсерватория. В письме Ф.И. Шуберта от 31 мая 1820 г. к В.Я. Струве, в котором обсуждается возможность назначения К.X. Кнорре морским астрономом, предполагается строительство обсерватории в Севастополе. Такое решение вполне обосновывалось тем, что Севастополь к этому времени стал основной базой Черноморского военного флота. Там же был сосредоточен весь офицерский корпус. Все же победило мнение, которого придерживался Грейг, о строительстве обсерватории в Николаеве, в городе, где находился штаб Черноморского флота. Хлопоты по подбору кандидатуры астронома завершились распоряжением морского министра И.М. Траверсе от 7 июля 1820 г. К.X. Кнорре определялся морским астрономом в ведомство Черноморского департамента и для преподавания в штурманском училище.

К.X. Кнорре, астроном Черноморского департамента

К.X. Кнорре, астроном Черноморского департамента с 1821. г. по 1871 г.

Карл Христофорович (Карл Фридрих) Кнорре (1801—1883 гг.), будущий первый директор Николаевской морской обсерватории и член-корреспондент Петербургской Академии наук, родился в Дерите (ныне г. Тарту, Эстония) в семье первого астронома-наблюдателя Дерптской обсерватории Э. Кнорре. В десятилетнем возрасте он потерял отца, и дальнейшее воспитание проходило в семье дяди. К.X. Кнорре, занимаясь на богословском факультете Дерптского университета, познакомился с В.Я. Струве, директором Дерптской обсерватории и исполняющем обязанности профессора математики и астрономии. Он увлекся астрономией и, принимая участие в геодезических работах В.Я. Струве, заслужил высокую оценку последнего. Его астрономические наблюдения, полученные в Дерпте, опубликованы во втором и третьем томах Observatiоnes Astronomicas, издаваемых Дерптской обсерваторией, в Astronomische Jahrbuch на 1823 и 1826 гг., а также вошли в статьи Струве в Astronomische Nachrichten, Bd. 1, № 9 и № 12 6.

Когда подыскивалась кандидатура директора Николаевской обсерватории, В.Я. Струве рекомендовал на эту должность К.X. Кнорре, хотя последний не успел еще окончить университет и не занимался астрономией систематически. Кнорре и впоследствии неоднократно обращался за помощью и советом к своему великому учителю. Теплые товарищеские отношения сохранились у них на всю жизнь.

Зная о согласии Кнорре на переезд в Николаев, Грейг 26 июля 1820 г. отдает распоряжение Черноморской исполнительной экспедиции о подыскании квартиры для Кнорре и предлагает «поспешить постройку обсерватории при штурманском училище»7. Эта фраза, дописанная рукой Грейга, свидетельствует о том, что в тот момент район строительства ныне существующей обсерватории еще не был избран. Одновременно Грейг торопит архитектора Вунша с окончанием проекта обсерватории, но соглашается с последним, что окончание проекта должно быть отложено до прибытия астронома. Кнорре в это время находится в Дерпте и просит Грейга отсрочить его приезд в Николаев на некоторое время с целью изучения богатого опыта Струве, подбора книг для библиотеки и совершенствования в знании русского языка.

Осенью 1820 г., когда Кнорре намеревался покинуть Дерпт, он получает письмо от Струве, находящегося в заграничной командировке, с предложением задержаться в Дерпте, чтобы обсудить предстоящее устройство и оборудование Николаевской обсерватории. Дату отъезда в Николаев пришлось несколько отодвинуть.

15 феврале 1821 г. Кнорре прибывает в Николаев и сразу включается в наблюдения на адмиральской обсерватории. Двухфутовый меридианный круг не был еще установлен, и Грейг надеется, что Кнорре займется им в ближайшее время. Из наблюдений на повторительном круге Рейхенбаха уточняется широта обсерватории. Много времени уделяется вычислениям положений звезд α и δ Малой Медведицы на каждый день с 1823 по 1830 г. По поручению адмирала Грейга Кнорре математически пытается решить задачу о наилучшем профиле подводной части корабля и проводит связанные с этим многочисленные расчеты для конкретных судов, проектируемых на Николаевской верфи.

Наблюдения кометы, выполненные в Николаеве в это время, отсылаются Г.X. Шумахеру, издателю Aslr. Nachr. Результаты наблюдений в Николаеве многочисленных покрытий звезд Луной в 1821 —1827 гг., полученные К.X. Кнорре, К. Далем. А.С. Грейгом, опубликованы в Astr. Naсhr., Bd. 1, № 9; Bd. 4, № 96; Bd. 7, № 148. Некоторые из этих наблюдений послужили материалом Вурму и Струве по долготной связи Николаева с Христианией (Осло), Парижем, Моденой. В 1822—1824 гг. свыше 20 пунктов побережья Черного моря получили астрономическое определение.

Начатая в 1822 г. работа по детальным измерениям берегов Черного, Азовского и Мраморного морей, а также связывающих их проливов и впадающих в них рек продолжалась несколько десятилетий под руководством и при участии Кнорре.

В начале своего существования Черноморский флот пользовался для плавания копиями с французской карты, изданной в Париже в 1772 г. Частные описи, проводившиеся в конце XVIII в. и начале XIX в. офицерами Пустошкиным, Одинцовым. Берсеневым, Будищевым и Крицким, ограничивались лишь отдельными районами побережья. Генеральная карта Черного и Азовского морей издана в 1817 г. Положение берегов на ней исправлено по астрономическим наблюдениям академика Вишневского, а восточное побережье – в результате плавания капитана-лейтенанта Влито.

В 1820 г. французский капитан Готье вместе с русскими офицерами произвел опись всего Черного моря, и в 1822 г. издана карта Черного и Азовского морей. Наиболее способные офицеры, желающие заниматься описями, переводились на службу поближе к Николаеву и в некоторой степени являлись учениками Кнорре по способам наблюдений и обращению с астрономическими инструментами. Имена Даля, Апостоли, братьев Е. и М. Манганари, тесно связаны с Николаевской обсерваторией в первые годы ее существования. Выполненные ими карты получили известность по сообщениям в Astr. Nachr. Только для описи Азовского и Черного морей, проведенной Е. Манганари в 1825—1836 гг., понадобилось определить по широте и долготе 332 пункта, из них 74 — астрономически. Широта места определялась секстантом по способу Гаусса либо переносным пассажным инструментом в первом вертикале по способу Бесселя, и, в редких случаях, из сочетания наблюдений высот южных и северных звезд.

В 1832 г. в Николаеве выходит брошюра Кнорре «Наставление для сыскания широты места, погрешности инструмента и состояния часов по методе Гаусса». Автор оценил, что превосходный способ Гаусса при наблюдениях с малыми инструментами обеспечивает точность, не уступающую наблюдениям с большими инструментами. При этом в довольно длинном, но изящном выводе формул, предложенном Гауссом в астрономическом журнале Цаха «астроном Черноморского флота г. Кнорре, прославившийся многими важными для науки трудами, сделал в способе Гаусса усовершенствование»8. В рецензии на работу Кнорре, помещенную в «Морском сборнике», прямо указывалось, что «гг. Манганари обязаны этому способу точностью полученных ими широт в описях» 9.

Разность долгот определялась перевозкой хронометров, поправки которых выводились из наблюдений соответствующих высот Солнца либо способом Гаусса. Иногда производились наблюдения звезд и Луны пассажным инструментом в плоскости меридиана; по возможности не пропускались покрытия звезд Луной. Расширение описи на Мраморное море, выполненное М. Мангаиари в середине 40-х годов, завершило этот грандиозный труд, о котором в 1894 г. писалось:

«После Будищева, в ряду следующих главнейших деятелей в деле обследования берегов, мы должны отдать пальму первенства братьям Е. и М. Манганари, беспрерывно работавшим на этом поприще с 1823 по 1846 год и положившим прочное основание гидрографии Черного моря. Уже полстолетия прошло со времени окончания этого огромного труда, а их карты поныне служат падежным руководством для плавания по Черному морю»10.

Весной 1821 г. окончательно пал выбор на Спасский курган как место строительства новой обсерватории. Геодезическая привязка 30 апреля 1821 г. показала, что новая обсерватория будет находиться на 3s,425 западнее и на 21",1 южнее адмиральской. Спасский курган в то время был расположен западнее молодого города и являлся самой высокой точкой в окрестности. Вот что пишет по этому поводу Кнорре:

«Местоположение сначала не представляло никаких приятностей; голые пески, простирающиеся до самого берега Буга, образовали единообразную и бесплодную пустыню. Но плантации, сделанные в близости по распоряжению адмирала Грейга, до такой степени пособили этому недостатку, что вид с террасы обсерватории представляет ныне красивую и приятную панораму»11.

Проектирование здания обсерватории было поручено архитектору Вуншу. В своей работе он придерживался плана обсерватории в Або (ныне г. Турку, Финляндия). Здесь в 1819 г. была построена обсерватория, инструменты которой после пожара 1827 г. перенесены в Хельсинки.

В архиве сохранились чертежи главного здания, подписанные Грейгом: «По сему строить. Вице-адмирал Грейг. 15 мая 1821 г.» (рис. 3).

Проект здания обсерватории архитектора Вунша

Рис. 3. Проект здания обсерватории архитектора Вунша с собственноручной подписью А. С. Грейга.

Через четыре дня, т. е. 19 мая 1821 г. Грейг предлагает Черноморской исполнительной экспедиции из-за болезни Вунша строительство обсерватории поручить гидротехту фон дер Флису и далее

«... для немедленного приступлепия к построению хозяйственным образом обсерватории без упущения времени снабдить его г. фон дер Флиса по требованию его всеми по его соображению нужными мастерами, рабочими людьми и материалами, также прошу оную экспедицию, чтобы она всевозможное приложила старание, дабы сие строение поскорее окончено было, именно не позже как через два года, считая от нынешнего времени. Буде бы она усматривала какие в том затруднения, то имеет нимало немедля меня уведомить, в чем они состоять могут, чтобы я мог принять меры к отвращению их»12.

23 мая фон дер Флис представляет ведомость необходимых на первое время материалов и рабочей силы и приступает к планировке земли. При планировке обнаружены остатки каких-то строений, еще, по-видимому, эпохи греческой колонизации края, и после очистки от песка зарисованы. Работа развернулась полным ходом, и в июне уже не хватает камня для строительства, «ибо казенные волы едва успевают доставить оный к начатым работам» из близ лежащего села Терновки. В сентябре фон дер Флис просит разрешения работать в праздники, чтобы до приближения осеннего времени повысить кладку, и проявляет заботу о камыше для укрытия фундамента на зиму.

В предписанный двухлетний срок строительство окончено не было. В 1823 г. вносится в проект изменение по форме стен и лестниц, в 1824 г. окончена и покрыта ротонда, где помещается в настоящее время книгохранилище библиотеки обсерватории. 1825—1827 гг. ушли на внутреннюю отделку здания, на строительство ограды и вспомогательных служб. Некоторые здания сохранились до настоящего   времени.

По собственному признанию, Кнорре не принимал никакого участия в самом строительстве и в 1823 г, он ходатайствует о предоставлении возможности посетить лучшие заграничные обсерватории с целью «приобрести познания в инструментах и их установке». Это ходатайство поддержал академик Ф. И. Шуберт. Он писал:

«Заведение обсерватории в Николаеве, следовательно, почти на самом южном конце России, и в стране прекрасной, есть такое предприятие, которое может сделаться весьма важным для географии России, и вообще послужит к величайшей пользе для наук астрономических, и также содействовать к распространению образования в государстве Российском, и притом не иначе как споспешествуя славе всей империи.

Но чтоб действительно достигнуть такой прекрасной цели, обсерватория сия должна получить как в устроении своем, так и в своих инструментах все совершенства, каковые при нынешнем состоянии наук астрономических, по справедливости, требуются от всякой вновь учрежденной обсерватории»13.

Ожидая разрешения на поездку за границу, Кнорре занимался установкой двухфутового меридианного круга Либгера в адмиральской обсерватории. Так как не было помощи хорошего механика, то эта работа потребовала много усилий и времени и была окончена лишь к концу 1824 г. В феврале 1825 г. Кнорре отправляется за границу, предварительно заехав в Дерпт, где вместе со Струве провел исследование лимба меридианного круга, подобного Николаевскому, и обсудил дальнейший маршрут своего путешествия.

Встреча с известнейшими астрономами, ознакомление с новыми методами наблюдений и вычислений (в частности, по способу наименьших квадратов) способствовали становлению молодого ученого. А беседам с Бесселем суждено было сыграть немаловажную роль в дальнейшей жизни Кнорре. По предложению Бесселя он участвует в вычислении Tabulae Regiomontanae, вышедших в свет в 1830 г. Планы директора Кенигсбергской обсерватории по созданию карты звездного неба приводят Кнорре в восхищение. Позже, в 1832 г., после установки меридианного круга Эртеля на новой обсерватории, Кнорре принял участие в составлении 5-го листа (α = 3h56m — 5h04m, δ = ±15°) карты Берлинской Академии наук, принесшего известность автору.

По этому листу карты, после 38-летнего перерыва, в 1845 г. была открыта малая планета № 5 Астрея и в 1847 г. № 8 Флора. Сбылось предсказание Бесселя, что Берлинские карты непременно поведут к открытию новых планет. В 1846 г. они помогли немецкому астроному Галле найти Нептун по вычислениям Леверье, в то время как вычисления Адамса. выполненные раньше Леверье, в руках Эри и Чаллиса не привели к открытию из-за отсутствия у них подробной карты нужного участка неба. За два с половиной года пребывания за границей, по словам. Кнорре, наблюдений выполнено немного: это наблюдение кометы в августе 1825 г. на обсерватории в Зееберге, определение личной разности с некоторыми астрономами и сравнение метра, заказанного в Париже для Николаевской обсерватории.

Посетив города и обсерватории в Германии, Франции и Англии, заказав некоторое оборудование для строящейся обсерватории, Кнорре возвратился в Николаев в августе 1827 г. Здание обсерватории еще не было приспособлено для жилья астронома, поэтому он с офицером Далем поселился во флигеле. Меридианный круг в обсерватории адмирала оказался заброшенным. Лимб грязный, уровни разбиты, нити порваны, но уже вновь натянуты Эртелем. Расположение нитей в поле зрения не удовлетворило Кнорре, и он собственноручно перетягивает их. Для проведения наблюдений на новой обсерватории Кнорре и Даль взяли следующие инструменты из обсерватории Грейга: 1) пятифутовый ахромат с диаметром объектива в 4", 2) ночную трубу для поиска комет, 3) секстант, 4) искусственный горизонт,   5)   карманный   хронометр.

Первые наблюдения на новой обсерватории датированы 26 сентября (н. ст.) 1827 г. и опубликованы в Astr. Nachr., Bd. 7, № 148.

Все строительство обсерватории обошлось казне в 109141 рубль 94 и 3/4 копейки, «кроме окопного, дверного прибора и прочего неоконченного без показания астронома»14. Главное здание обсерватории в плане немного напоминает букву «Т», основание которой направлено к югу. Здание одноэтажное, по центру его возвышается ротонда. Восточное крыло здания, ротонда и плоская крыша предусматривались для проведения наблюдений. Обратимся теперь к упомянутой статье К.X. Кнорре:

«Главный вход устроен на северной стороне. Он ведет непосредственно в аудиторию, имеющую 33 фута в квадрате (98 м2 — Г.Г.). Потолок се опирается на 16 колоннах, образующих круг, коего поперечник 27 фут. К ней примыкает с восточной стороны зала, где установлен в 1832 году трехфутовый меридианный круг, работы Мюнхенского механика Эртеля. Зала эта величиной равна аудитории; она имеет два прореза по плоскости меридиана, продолжающиеся через верхний свод и боковые стены до пола...»

«Над аудиторией находится ротонда для подвижных инструментов, диаметром в 32 фута. Она имеет 4 двери и 12 окон, представляющих открытый вид во все стороны. Сверх того, в крыше сделано для наблюдений около зенита отверстие диаметром в 10 футов, покрытое деревянным затвором, который отодвигается и задвигается подобно меридиональным затворам. Пол ротонды вымощен мрамором»15.

В Южной части здания располагались сени, кладовая, библиотека и кабинет для астронома, а также чугунная лестница, ведущая на плоскую крышу и к ротонде. Западная часть здания полностью отводилась под жилье астронома. Все здание отапливалось одной духовой печью, размещенной в западной части огромного подвала с «великолепными сводами», по определению Кнорре. Кухня, помещение для прислуги, кладовые, ледник, каретник и конюшенный сарай размещались в двух флигелях, расположенных к западу от главного здания. По описи 1831 г. инструментарий и оборудование обсерватории составляли:

  • Меридианный трехфутовый круг Эртеля с двумя вспомогательными микроскопами. К нему ртутный горизонт. Чугунный сосуд цилиндрической формы диаметром в 134 фута и ртутью весом в полтора пуда, перемещающийся по рельсам, уложенным ниже уровня пола, и позволяющий получить отраженное изображение звезд до 14° южного склонения, за исключением трехградусной зоны около зенита. Отсчет круга при помощи верньеров.
  • Меридианная трехфутовая труба (пассажный инструмент) Утцшнейдера и Фраунтофера.
  • Телескоп с объективом в 4" и фокусным расстоянием в 5 футов тех же мастеров.
  • Труба для поиска комет на параллактическом штативе с микрометром Штейнгеля.
  • Экваториал Эртеля.
  • Вертикальный повторительный круг диаметром в 18" Эртеля.
  • Английский квадрант с радиусом в 18".

8). Экземпляры стенных часов Барродза и Кессельса, столовые мастера Гарди, около 50 настольных и карманных хронометров.

В 1831 г. оборудование пополнилось геодезическими инструментами: 3 теодолита Эртеля, 2 инструмента для нивелировок, инструменты для намерения расстояния, астролябии и пр. Кроме того, обсерватория занималась проверкой и распределением большого количества зрительных труб, выписываемых ежегодно из-за границы для офицеров флота, маяков и телеграфов.

С 1832 г. начались наблюдения на меридианном круге Эртеля и в первую очередь «поверена против неба карта, сочиненная мною по приглашению Берлинской Академии наук»16. Регулярно определяются поправки часов, проводятся наблюдения покрытий звезд Луной, уточняются координаты обсерватории и определяются на меридианном круге координаты избранных звезд и планет.

«Некоторые Николаевские наблюдения помещены в Астрономических газетах г. Шумахера; но большая часть их хранится еще только в рукописях обсерватории. Кроме астрономических, делались с 1829 по 1834 год и наблюдения над магнитною стрелкою, которые изданы г. академиком Кунфером в 1837 году, вместе с прочими наблюдениями этого рода в России. Также делались и делаются метеорологические наблюдения, коих часть помещена в собрании Магнетических и Метеорологических наблюдений, изданных г. Кунфером уже на 1840 год»17.

О разнообразной деятельности Кнорре в эти годы свидетельствует также и список трудов его, помещенный в «Vierteljahrschrift der Astronomischen Gesellschaft», 24, 1889. Николаевская обсерватория была в то время снабжена инструментами достаточно, по словам Кнорре, «чтоб быть полезным и науке и отечеству»18.

На этом, пожалуй, и заканчивается одна из лучших страниц истории обсерватории. К сожалению, такая многообещающая в начале деятельность сменилась десятилетиями упадка, когда не было возможности не только приобретать что-либо новое из инструментов, но с трудом сохранять от разрушения уже построенное. Адмирал Грейг был переведен в Петербург и назначен впоследствии председателем комитета по строительству Пулковской обсерватории.

Новое морское начальство не жаловало обсерваторию и стремилось, чтобы она не занималась чем-то побочным, ненужным в данный момент флоту. Почти оконченное здание магнитной обсерватории, строившееся рядом, не только не было окончено, но и сломано впоследствии. Характерно в этом отношении письмо И.С. Нахимова, переведенного в Черноморский флот в 1834 г., к своему сослуживцу В.Н. Алферьеву:

«В Николаеве хороша обсерватория, но она не должна быть здесь. Астроном — человек ученый, образованный, занимается весьма высокими предметами, например: составляет звездный каталог для Берлинской обсерватории. Не правда ли, громко,— а что пользы? Тогда как и похуже обсерватория в Севастополе (где весь корпус офицеров) с этим астрономом принесли бы много пользы бедным черноморцам»19.

Сам Кнорре гораздо позже писал, что обсерватория могла бы принести больше пользы науке даже с имеющимися инструментами, но «астроном оставлен совершенно без помощи, так, что он принужден быть сам и секретарем и механиком обсерватории; наконец еще в том, что на его долю приходится много других обширных задач, так что ему остается весьма мало времени для его прямой обязанности...»20.

Сноски

1) Арх. АН СССР, ф. 703, оп. 6, ед. хр. 1, л. 174.
2) Арх. АН СССР, ф. 703, он. 6, ед. хр. 18, л. 40.
3) ЦГА ВМФ, ф. 243, оп. 1, дело № 1803, л. 1.
4) Морской сборник, т. XVIII, IY, стр. 454.
5) ЦГА ВМФ, ф. 1047, оп. 1, дело № 398, «Дело о постройке в Спасске обсерватории при дворце».
6) Новокшанова (Соколовская) З.К., Василий Яковлевич Струве, «Наука», 1964, стр. 243.
7) ЦГА ВМФ, ф. 1047, оп. 1, дело № 500, л. 1.
8) Савич А.Н. Приложение практической астрономии. - С. Петербург, 1845, стр. 205;
9) Морской сборник, т. XXXIX, IV, стр. 21.
10) Морской сборник, т. CСIXIII, Роль Босфора в образовании течений Черного моря, стр. 2.
11) Новороссийский календарь на 1844 г., стр. 373.
12) ЦГА ВМФ, ф. 243, оп. 1, дело № 2043, л. I.
13) Арх. Николаевской обсерватории, 1824 г., л. 19, копия письма Ф. И. Шуберта.
14) ЦГА ВМФ, ф. 243, ои. 1, дело № 1981, л, 370;
15) Новороссийский календарь на 1844 г., стр. 373—374.
16) Арх. Николаевской обсерватории. Отчет о занятиях Николаевской обсерватории в сентябрьскую треть. 1832 г.
17) Новороссийский календарь на 1844 г., стр. 377.
18) Новороссийский календарь на 1844 г., стр. 378.
19) Морской сборник, т. СССХ, IV, стр. 26.
20) Арх. Николаевской обсерватории, записка К.X. Кнорре о состоянии обсерватории.

Горель Г.К. Основание Николаевской обсерватории // Историко-астрономические исследования. Выпуск XII. – М.: Наука, 1975. С. 139-155.