Насильственная германизация народов гитлеровскими оккупантами

Гитлеровские оккупанты широко практиковали насильственную германизацию, полагая, что она тоже ведет к смерти нации, хотя и внешне безболезненной. Германизация – это система мер, которая применялась гитлеровскими оккупантами в отношении порабощенных народов для того, чтобы создать им такие условия социальной, политической и культурной жизни, которые соответствовали бы национал-социалистической теории и практическим интересам Германии.

Гитлеровские оккупанты широко практиковали насильственную германизацию, полагая, что она тоже ведет к смерти нации, хотя и внешне безболезненной. Германизация – это система мер, которая применялась гитлеровскими оккупантами в отношении порабощенных народов для того, чтобы создать им такие условия социальной, политической и культурной жизни, которые соответствовали бы национал-социалистической теории и практическим интересам Германии.

Цель германизации порабощенных народов состояла не в том, чтобы передать им прогрессивные черты немецкого образа жизни, культуры и языка, а, наоборот, держать их в состоянии дикости и неграмотности. Речь шла, таким образом, не столько о германизации народов, сколько о германизации территорий.

Процесс германизации осуществлялся в первую очередь на тех территориях, которые гитлеровцы намеревались навсегда присоединить к рейху: французские департаменты Верхний Рейн, Нижний Рейн и Мозель (Эльзас–Лотарингия), бельгийские районы Эйпен, Мальмеди и Моренэ, Люксембург. Активному приобщению к “германскому образу жизни” подвергались также Нидерланды, Дания и Норвегия, которые по гитлеровской классификации принадлежали к “германской семье народов”.

В Люксембурге при поддержке местных немцев оккупанты развернули широкую пропаганду за включение страны “в новый порядок” в Европе, за “возвращение Люксембурга в состав германской империи” [1]. Как известно, на протяжении веков культурное развитие населения Люксембурга определялось не столько влиянием Германии, сколько Франции, ее культуры и языка. С XVII в. французский язык в Люксембурге стал основным государственным языком. Германские оккупационные власти предпринимали все меры к тому, чтобы быстрее устранить здесь всякое французское влияние.

Осуществляя германизацию и фашизацию системы образования в Бельгии, как и в других странах, гитлеровцы практиковали “приглашение” сюда профессоров из Германии и назначали своих комиссаров.

Особенность политики национального угнетения в оккупационной системе гитлеровцев состояла в том, что они подавляли культуру высокоразвитых и жизнеспособных наций Европы, имевших давние и богатые исторические и культурные традиции и внесших большой вклад в мировую цивилизацию. Оккупанты понимали, что серьезным препятствием в осуществлении их политики германизации и культурной деградации захваченных стран является национальное самосознание и национальные культуры их народов. Поэтому они стремились ликвидировать ее, разрушить национальную систему просвещения. Свидетель “нового порядка” гитлеровцев во Франции К. К. Парчевский пишет:

“Немцы продолжают перевоспитывать Францию. Осмотрены и проверены все библиотеки, публичные, как Национальная, университетские и др., куда переданы длинные списки книг, не подлежащих выдаче публике. Некоторые просто изъяты. Всем книжным магазинам, складам и издательствам предписано в двухнедельный срок изъять из своих запасов и передать представителям немецкого командования признанные им вредными издания на французском и иных языках. Сюда в первую очередь включены антифашистские книги, сочинения немецких писателей, эмигрировавших из гитлеровской Германии, разные сочинения исторического, беллетристического, социологического характера, противоречащие национал-социалистической идеологии, и т.д.

Под немецким влиянием новое французское ведомство народного просвещения затевает пересмотр учебников французской истории. Школьникам приказывают принести имеющиеся у них учебники, и учителя вырывают из них страницы, в которых изложены обстоятельства войны 1914–1918 годов, поражения Германии и Версальского мира. Взамен вырезанных вкладываются в учебник несколько специально напечатанных листков, в которых события этой эпохи излагаются в немецкой интерпретации. Теперь учебники будут повторять, что война 1914 г. разгорелась по вине Франции и Англии, завидовавших Германии в ее быстром развитии, а окончилась обманом Германии со стороны объединившихся под эгидой кровожадной Великобритании и алчной Америки плутократических государств. Здесь нет никаких упоминаний о перипетиях четырехлетней войны, о “чуде на Марне”, о защите Вердена, о Фоше, о роли России, только сплошное воспевание неизменной доблести немцев. Однако теперь восстанавливается нормальный ход вещей. Вождь Германии, “великий фюрер”, в корне уничтожает несправедливость по отношению к образованному им Третьему Рейху, а заодно и во всем мире провозглашает наступление “нового порядка” [2].

Важным средством в руках немецко-фашистских оккупантов, направленным на достижение своих гегемонистских целей, было их стремление к ликвидации национальных языков порабощенных народов. Большую ставку в осуществлении этих своих целей гитлеровцы делали на переселение миллионов граждан различных стран. В XX веке это было уже второе “великое переселение” народов. Однако если после первой мировой войны оно было наиболее характерным прежде всего для балканских стран, то во второй мировой войне – практически для всех граждан Европы. С 1939 по 1945 г. вынуждены были покинуть свои родные места по различным причинам десятки миллионов человек (рис.2).

Переселения, осуществленные гитлеровцами в 1939 – 1945 гг.

Рис. 2. Переселения, осуществленные гитлеровцами в 1939 – 1945 гг.

Германский фашизм мечтал о том, чтобы славяне Восточной, Центральной и Юго-Восточной Европы вообще исчезли с лица земли. Та же участь должна была постигнуть и небольшие государства.

“Мы не хотим поддерживать маленькие, карликовые государства. Они заслуживают того, чтобы вообще исчезнуть”, – писал в своем дневнике ближайший сообщник Гитлера, рейхсминистр пропаганды Й. Геббельс [3].

Что же касается народов Дании, Норвегии, Швеции и некоторых других стран Севера, имеющих в крови “нордические” элементы, то по отношению к ним нацисты формулировали несколько иную политику. Их следует, как считал Гитлер, сохранить, но, подвергнув “германизации”, после войны использовать для заселения “пустующих” земель на Востоке Европы. По этой причине нацисты возражали против их эмиграции за пределы Европы, чтобы не была потеряна, как они говорили “ни одна капля драгоценной германской крови”. Несмотря на языковую близость с такими малыми странами, как Дания, Люксембург, Нидерланды, Швейцария и др., им была уготована также незавидная судьба.

“Мы не позволим больше германцам эмигрировать в Америку, – говорил Гитлер. – Норвежцев, шведов, датчан, голландцев – всех их мы направим на восточные земли; они станут провинциями рейха. Нам предстоит великая задача – во имя будущего планомерно проводить расовую политику. Швейцарцы будут у нас трактирщиками, не более” [4].

Насильственные переселения усиливали межнациональные противоречия, потому что, с одной стороны, население страны, принимавшей переселенцев, вынуждено было в какой-то мере ограничивать себя и, с другой стороны, страна, отдававшая своих граждан, лишалась части богатств и рабочей силы. Поэтому между такими странами, как правило, еще долго существовали взаимные претензии, что было на руку гитлеровской Германии.

Анализ гитлеровских методов насильственного завоевания тех или иных стран свидетельствует о том, что нерешенность в них национального вопроса, в частности, Бельгии и Италии, служила внешним прикрытием нацистской агрессии. Особенно ревностно в Берлине относились к положению немецких нацменьшинств, которые якобы нуждались в “освобождении” со стороны Германии. Вместе с “освобождением” немецких нацменьшинств германский империализм рвал на куски целые государства и присоединял к рейху крупные территории.

См. Гитлеровский 'новый порядок' в Европе — мифы и правда

[1] Семиряга М. И. Немецко-фашистская политика национального порабощения в оккупированных странах Западной и Северной Европы. – М., 1980. С. 85.
[2] Парчевский К. К. Французская катастрофа: война и перемирие в Париже. 1939 –1941. / Вопросы истории, 1999, № 7. С. 132.
[3] Геббельс Й. Как германцы, мы никогда не поймем славян / Публикация П. В. Бахара / Военно-исторический журнал, 1994, № 5. С. 39.
[4] Пикер Г. Застольные разговоры Гитлера. – Смоленск, 1993. С. 37.