Экономическое ограбление оккупированных территорий гитлеровской Германией

Пытаясь объяснить истоки человеконенавистнической сущности фашизма, некоторые историки ищут их лишь в идеологической области. Так, один из германских историков И. Аккерман утверждает, будто в основе чудовищных преступлений нацистов лежит лишь их “негуманная идеология”. Однако это крайне односторонняя трактовка. Выполняя волю германских монополий, фашизм никогда не отделял идеологические аспекты своих агрессивных актов от их материальной основы. Он считал их двумя сторонами одной медали.

Пытаясь объяснить истоки человеконенавистнической сущности фашизма, некоторые историки ищут их лишь в идеологической области. Так, один из германских историков И. Аккерман утверждает, будто в основе чудовищных преступлений нацистов лежит лишь их “негуманная идеология”. Однако это крайне односторонняя трактовка. Выполняя волю германских монополий, фашизм никогда не отделял идеологические аспекты своих агрессивных актов от их материальной основы. Он считал их двумя сторонами одной медали. Так, в выступлении на совещании высшего командования вермахта 23 ноября 1939 г. Гитлер сказал: “Борьба стала сегодня иной, нежели 100 лет тому назад. Сегодня мы можем говорить о расовой борьбе. Сегодня мы ведем борьбу за нефтяные источники, за каучук, полезные ископаемые и т.д” [1].

Нацистская теория устранения национальных границ была выдвинута прежде всего в интересах германских промышленных монополий, для которых эти границы стали уже узкими. Недаром  в 1931 г. председатель наблюдательного совета “ИГ Фарбениндустри” К. Дуйсберг говорил, что “узкие национальные границы должны быть упразднены в интересах экономической деятельности стран путем создания наднациональных экономических сфер” [2].

 “После введения всеобщей воинской повинности, – говорил Гитлер, –  нам пока еще не удалось покрыть расходы на наши вооружения, составившие колоссальную сумму. Есть лишь два пути: или мы взвалим все тяготы по выплате этого долга на плечи наших соотечественников, или на покрытие этих расходов пойдет та прибыль, которую мы сможем извлечь из оккупированных восточных территорий. Второй путь, несомненно, предпочтительнее. Поэтому цены и зарплата должны быть там фиксированными, чтобы сохранялся определенный уровень жизни населения. Вся прибыль должна, естественно, доставаться рейху” [3].

Но восточными территориями дело, конечно, не ограничивалось. Германские монополии участвовали в широких масштабах в экономическом ограблении оккупированных территорий всей Европы, стремясь увеличить военный потенциал рейха.

Международное право, в частности IV Гаагская конвенция 1907 г. установило определенные ограничения для оккупанта в вопросе об экономических мероприятиях на оккупированных территориях. Однако гитлеровская Германия грубейшим образом, повсеместно и систематически нарушала общепризнанные нормы международного права на оккупированных территориях. Так, оккупация Бельгии, Люксембурга и Франции дала возможность Германии увеличить число заводов за счет этих стран. Заводы департамента Мозель и Великого герцогства Люксембург, точно так же, как и заводы в Польше, были поделены между германскими концернами.

9 апреля 1938 г., спустя месяц после вторжения в Австрию, германский концерн “Фарбен” уже был вооружен планом “нового порядка” для химической промышленности Австрии”. План предусматривал включение основных химических предприятий Австрии в рамки четырехлетнего плана. Концерну “Фарбен” удалось “присвоить” австрийскую химическую промышленность [4].

Оккупационный режим в Бельгии с первых же дней был направлен на активный грабеж ее экономики. Вся высокоразвитая промышленность страны была поставлена на службу Германии. В руках немцев оказалось все золото бельгийского банка.

Из Италии гитлеровские оккупанты вывозили все, что только возможно. Они демонтировали наиболее ценное оборудование, вывозили машины, железнодорожные составы. Они грабили запасы сельскохозяйственных продуктов, сырья, горючего.

В связи с экономическим грабежом оккупантов в станах Европы возникли различные трудности в снабжении. Первым результатом “нового порядка” в Европе стал голод.

“Сначала люди голодали в Бельгии и Голландии, но вскоре голод охватит страны средней Европы и покоренные Югославию и Грецию. Никто не видит даже намека на “новый порядок”, если не считать принимаемых мер к приспособлению оккупированных стран к нуждам немецкого хозяйства, а их жителей  – к работам на немецких заводах” [5].

Ответственность за экономические трудности оккупированных стран германские нацисты стремились взвалить на евреев и тем самым оправдать антиеврейскую кампанию, предпринятую с осени 1940 г.

Массовое и повсеместное экономическое ограбление оккупированных территорий было одним из наиболее тягчайших преступлений, совершенных германскими монополиями во время второй мировой войны.

Международный Военный Трибунал на заседании в Нюрнберге указал в приговоре: “Территории, оккупированные Германией, были подвергнуты эксплуатации для военных усилий Германии, причем эксплуатации жестокой, без учета масштабов местной экономики, явившейся следствием заранее обдуманного плана и политики. Фактически это являлось “систематическим ограблением общественной и частной собственности”, что является преступлением согласно ст. 6 (b) Устава...” [6]

См. Гитлеровский 'новый порядок' в Европе — мифы и правда

Сноски:

[1] Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. М., 1973. Т. 1. С. 482.
[2] Там же. С. 48.
[3] Пикер Г. Застольные разговоры Гитлера. – Смоленск, 1993. С. 118.
[4] Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в 3-х томах. Т. 1. М., 1965. С. 648.
[5] Парчевский К. К. Французская катастрофа: война и перемирие в Париже. 1939 –1941. / Вопросы истории, 1999, № 7. С. 120.
[6] Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в 3-х томах. Т. 1. М., 1965. С. 593.