Покушение на Гитлера 20 июля 1944 г.

Кульминационным пунктом заговора было покушение на Гитлера. В четверг 20 июля 1944 г. около семи часов утра полковник Штауффенберг вылетел с аэродрома Рангсдорф на совещание в ставку Гитлера. В его портфелях находились две бомбы с химическими взрывателями. В Растенбурге в планах Штауффенберга сразу же обнаружились просчеты. Ежедневные совещания Гитлера, обычно проводимые в подземном бункере, теперь из-за сильной жары были перенесены в наземное деревянное помещение (рис.1), окна и стены которого при взрыве бомбы рассыпались, дав выход значительной части энергии взрыва.

Кульминационным пунктом заговора было покушение на Гитлера. В четверг 20 июля 1944 г. около семи часов утра полковник Штауффенберг вылетел с аэродрома Рангсдорф на совещание в ставку Гитлера. В его портфелях находились две бомбы с химическими взрывателями. В Растенбурге в планах Штауффенберга сразу же обнаружились просчеты. Ежедневные совещания Гитлера, обычно проводимые в подземном бункере, теперь из-за сильной жары были перенесены в наземное деревянное помещение (рис.1), окна и стены которого при взрыве бомбы рассыпались, дав выход значительной части энергии взрыва.

Поскольку Штауффенберг был однорук и смог завести только одну бомбу, сам взрыв оказался более слабым. Как назло, когда Штауффенберг вышел из комнаты, будучи, как было заговорщиками условлено, вызван к телефону, штабной офицер, споткнувшись о портфель под столом с картой, над которой склонился Гитлер, передвинул портфель по другую сторону массивных деревянных козел. Это в какой-то мере защитило Гитлера от взрыва.

Покушение на Гитлера 20 июля 1944 г. 

Рис. 1. Схема расположения лиц, присутствовавших на совещании в ставке Гитлера 20 июля 1944 г. Один из главных организаторов и исполнитель покушения на Гитлера полковник Клаус фон Штауффенберг.

В 12.42 раздался оглушительный грохот, и здание превратилось в облако из пламени и дыма. Штауффенберг и его адъютант Хафтен, беседовавшие неподалеку с другим заговорщиком – начальником связи Гитлера генералом Эрихом Фельгибелем, вскочили в свой автомобиль и, не дав опомниться часовым контрольно-пропускных пунктов, вскоре получившим сигнал тревоги, помчались на аэродром, откуда немедленно вылетели обратно в Берлин.

По плану, генерал Фельгибель должен был сообщить по телефону о смерти Гитлера генералу Ольбрихту в Берлин и затем немедленно прервать всякое сообщение между Растенбургом и внешним миром. К его удивлению и смятению, он увидел, как Гитлер выбирается из развалин – поцарапанный, в пыли, в растерзанных брюках, но явно живой. Он едва успел передать в Берлин сообщение в осторожных выражениях: «Произошла ужасная трагедия… Фюрер жив…», – как эссэсовцы перехватили его канал связи [1]. Остались невыполненными уже два ключевых условия успеха заговора: смерть Гитлера и контроль заговорщиков над коммуникациями Ростенбурга. Более того, теперь была известна личность покушавшегося, и по всей Германии передавался по телексу приказ об аресте Штауффенберга.

См.: Заговор 20 июля 1944 года в Германии

[1] Васильчикова М. Берлинский дневник 1940 – 1945 гг. – М., 1994. С. 208.