Приднестровский конфликт в Молдавии

В 1990 г. после самопровозглашения Приднестровской молдавской республики (ПМР) ее Верховный Совет обратился к парламенту Молдовы с предложением оформить конституционно-договорные отношения. Речь фактически шла о заключении федеративного договора, который должен был при возникновении соответствующих обстоятельствах исключить объединение Румынии с Приднестровьем.

Содержание материала

В 1990 г. после самопровозглашения Приднестровской молдавской республики (ПМР) ее Верховный Совет обратился к парламенту Молдовы с предложением оформить конституционно-договорные отношения. Речь фактически шла о заключении федеративного договора, который должен был при возникновении соответствующих обстоятельствах исключить объединение Румынии с Приднестровьем.

Получив отказ, депутаты, представлявшие ПМР в ВС Молдовы, прекратили участвовать в его работе. В ПМР начали издавать законы, противоречащие действующей конституции Молдовы, что, естественно, давало руководству Молдовы основание отменять их как юридически недействительные. Аналогичным образом развивались отношения Кишинева с Гагаузиеи.

Война законов сопровождалась взаимными экономическими санкциями, диверсионно-террористическими акциями. Так, в целях лишения ПМР электроэнергии были выведены из строя линии электропередач.

25 августа 1991 г. ВС ПМР заявил о намерении выйти из состава Молдовы. Состоявшийся 1 декабря 1991 г. в Приднестровье референдум фактически одобрил этот шаг. В ответ Кишинев в ультимативной форме потребовал от приднестровских властей подчиниться "конституционным органам власти".

Весной 1992 г. противостояние между Приднестровьем и официальным Кишиневом переросло в прямое вооруженное столкновение.

Хотя боевые действия, развернувшиеся с марта 1992 г. между регулярными частями вооруженных сил Молдовы и отрадами самообороны Приднестровья, происходили главным образом в районе Дубоссар, а также населенных пунктов Кочиеры и Кошицы, повышенная напряженность ощущалась во всем регионе. Критическая ситуация сложилась в Бендерах, так как в городе, большинство жителей которого встало на сторону ПМР, одновременно действовали органывласти обеих конфликтующих сторон, милиция ПМР и полиция Молдовы. Кроме того положение осложнялось опасностью вовлечения в вооруженный конфликт 14-й российской армии, что привело бы к его интернационализации.

Важным шагом на пути к прекращению вооруженного конфликта стало принятое 2 июня 1992 г. Верховным Советом ПМР постановление "О мерах по прекращению войны и установлению мира". Парламенту Молдовы предлагалось рассмотреть два вопроса: о немедленном отводе вооруженных формирований с тернитории ПМР в места их постоянной дислокации и прекращении боевых действий; о заключении федеративного договора с целью сохранения единого экономического и социально-культурного пространства. Таким образом, руководство ПМР явно смягчило свою прежнюю позицию, отказавшись от планов выхода из состава Молдовы. Одновременно Верховный Совет ПМР обратился к Украине и России с просьбой выступить в роли гарантов мирного разрешения конфликта, а в случае продолжения боевых действии со стороны Молдовы - оказать помощь, в том числе военную.

Не без оснований опасаясь весьма жесткой реакции мирового сообщества и частей 14-й российской армии, парламент Молдовы не решился отклонить предложение Верховного Совета ПМР. 16 июня парламент Молдовы утвердил основные принципы мирного урегулирования вооруженного конфликта, установления мира и согласия в восточных районах Молдовы, в соответствии с которыми предусматривалось:

  • разъединение противоборствующих сторон,
  • разоружение и расформирование добровольных военизированных формирований, возвращение их участников к месту жительства и работы,
  • восстановление единого хозяйственного комплекса,
  • возвращение беженцев к местам их постоянного проживания,
  • проведение новых свободных выборов в органы власти всех уровней как на Левобережье, так и на Правобережье Днестра с участием иностранных наблюдателей.
  • формирование правительства национального согласия,
  • обеспечение пропорциональности национального состава парламента.


Пытаясь сорвать наметившийся процесс мирного разрешения конфликта, сторонники силовых методов его решения предприняли широкомасштабную военую акцию с целью захвата Бендер, мостов через Днестр и закрепления на подступах к Тирасполю. Лишь в начале июля во многом благодаря усилиям Смешанной комиссии по осуществлению контроля за выполнением решений, связанных с прекращением огня и разъединением сторон, включавшей представителей Молдовы, России, Румынии и Украины, созданной в соответствии с кишиневской Декларацией министров иностранных дел этих стран от 6 апреля 1992 г. удалось достигнуть договоренности о прекращении огня, которое, однако, нарушалось не только в Бендерах, но и но всей линии условной границы между Молдовой и ГТМР. Отвод войск из Бендер начался 1 августа 1992 г. Одновременно в зону конфликта были введены миротворческие силы, укомплектованные главным образом российскими военнослужащими.

Таким образом, вооруженный конфликт был урегулирован. Однако до сих пор не решен вопрос о статусе Приднестровья в составе Молдовы. Стороны на переговорах не могут договориться о распределении полномочий.

Представители молдавской стороны при определении особого правового статуса Приднестровья исходят из того, что Республика Молдова является единым, независимым суверенным государством.

По мнению приднестровской стороны, согласившейся решать свои проблемы в рамках единой, неделимой Молдовы, перспективными могли бы стать "ассоциированные отношения, предполагающие всевозможное сотрудничество". Установлению взаимного доверия могли бы способствовать "учет реалий, достижение обоюдных компромиссов и наличие международных гарантий" (64). В 1995 г. молдавский парламент предоставил гагаузам статус автономно-территориального образования (65).

Конфликту в Приднестровье присущи особенности, имеющие принципиальное значение для мирного урегулирования. Речь идет о том, что в Декларации о независимости, принятой молдавским парламентом 27 августа 1991 г., провозглашение Молдавской ССР в 1940 г. объявлено "незаконным", поскольку последняя была образована в основном на территории Бессарабии, отошедшей тогда от Румынии к Советскому Союзу. Декларация квалифицирует включение Бессарабии в состав СССР как акт агрессии и оккупации румынской территории. Исходя из этого Кишинев в начале 90-х гг. принял ряд мер по "румынизации" страны: объявление румынского языка государственным, принятие румынской государственной символики, введение румынских учебных программ и т.п.

В соответствии с современным международным правом, народ Молдовы, как и другие народы, волен сам избирать свой политический статус вплоть до присоединения к другому государству.

Однако в случае объединения Румынии и Молдовы, одно только изменение границ повлечет непредсказуемые последствия. В связи с этим представляются недостаточными предложения (содержащиеся, в частности, в докладе миссии ОБСЕ в Кишиневе) ограничиться "конституционными гарантиями", т.е. внесением определенных положений в Конститутцию Республики Молдова. В данном случае необходимы также и международные гарантии, оформленные в договорно-правовом виде Например, в договоре между ПМР и РМ можно было бы сделать запись о том, что ПМР, в случае изменения государственно-правового статуса Молдавии, имеет право самостоятельно определить свое будущее. Гарантами такого права приднестровцев могли бы выступить Россия, Румыния, представители европейских структур и стран СНГ. Естественно, возможны и другие варианты.


Народ Молдовы, по словам историка А.Царану, переживает сложный период самоидентнфикации. Парадокс, по его мнению, заключается в том, что сугубо внутренний процесс самоидентификации во многом зависит от внешних отношений Молдовы с двумя исторически значимыми для нее странами - Россией и Румынией (66).

Относительно успешные действия России в качестве посредника можно объяснить, в частности, тем, что в данном регионе Россия достаточно рано начала свою миротворческую деятельность. При этом с самого начала была применена эффективная тактика, прежде всего воюющие были разведены и лишь после этого встретились за столом переговоров. Наконец, следует признать, что руководство обеих конфликтующих сторон здесь, отказавшись от применения силы, проявило тот минимум решительности и политической воли, который необходим для взаимного обращения к мирным средствам разрешения существующих проблем.

Очевидно, приднестровский конфликт не может быть в полной мере отнесен к категории конфликтов межнационального характера, поскольку в нем противоборствующие стороны были в разной степени представлены одинаковыми национальностями - молдаванами, русскими, украинцами и др. Возникнув как негативная реакция на идею объединения с Румынией, этот конфликт носит не столько этнокультурный, сколько политико-экономический характер.

Официальный Кишинев заинтересован, с одной стороны, в окончательном выводе 14-й российской армии, а с другой, во вводе международных миротворческих сил в зону безопасности Приднестровья. По мнению экс-президента Молдовы М. Снегура, международный контроль за процессом вывода российской армии - в интересах не только России и Молдавии, но и всех тех, кого "заботит укрепление безопасности и стабильности на европейском континенте". Ведущую роль в этом процессе экс-президент отводил размещенной в республике миссии ОБСЕ.

Выступая в декабре 1994 г. на будапештской встрече стран-участниц ОБСЕ, М.Снегур еще раз подчеркнул, что конфликт был навязан извне (имеются в виду прежде всего действия России) и добавил, что "готов незамедлительно и без колебаний присоединиться к тем, кто выступает за введение международных миротворческих сил" (67). Руководство ПМР в этом плане придерживалось прямо противоположной точки зрения.

Подписание главами правительств России и Молдовы в октябре 1994 г. Соглашения о правовом статусе, порядке и сроках вывода воинских формирований Россиской Федерации, временно находящихся на территории Республики Молдова не означает что у России нет интересов ни в Молдавии, ни в Приднестровье. Они такие же как и во всех других бывших союзных республиках СССР. Достаточно в связи с этим напомнить, что значительное количество предприятий, сосредоточенных в Приднестровье, было ориентировано на Россию, Украину, Белоруссию.

Заметим, что Договор 1994 г. вплоть до середины 1999 г. не был ратифицирован российской стороной.

Вопрос об этом ни разу не ставился в повестку дня заседаний Госдумы РФ. Вместо этого в ноябре 1996 г. Госдума приняла Постановление "О некоторых вопросах сотрудничества РФ с Приднестровьем", в котором поставила вопрос о постоянной дислокации 14-й армии в Приднестровье и о признании этого района "зоной особых стратегических интересов России". В постановлении отмечается, что депутаты озабочены тенденцией расширения НАТО на Восток и в качестве "адекватных мер" настаивают на заключении с Тирасполем соглашения об экономическом, военном и культурном сотрудничестве.

Примечательно, что правовое управление Госдумы признало неправомерность этого постановления. Как представляется, реализация названного документа нереальна без согласия молдавской стороны и требует заключения нового соглашения с РМ.

Октябрьский Договор 1994 г., несмотря на то, что он не был ратифицирован, выполняется российской стороной.

Так, к ноябрю 1996 г., численность 14-й армии уменьшилась с 6 500 до 3 800 человек. К концу 1997 г. планировалось сокращение еще на 1 900 человек. Впрочем, сокращение было достигнуто во многом за счет перевода нескольких батальонов в разряд миротворцев.

Напомним, что, вступая в Совет Европы в феврале 1966 г., Россия обещала в течение 6 месяцев ратифицировать упомянутое Соглашение 1994 г., а затем в течение трех лет вывести свои войска с территориичужого государства. Нератификация Соглашения создает двусмысленную ситуацию, поскольку в этом случае 14-я армия находится в Приднестровье как бы нелегально, как иностранная. 8 мая 1997 г. в Москве был подписан Меморандум об основах нормализации отношений между Молдовой и Приднестровьем (68). Документ подписали вновь избранный в конце 1996 г. Президент Республики Молдова П. Лучинский, лидер Приднестровья И. Смирнов, руководители стран-гарантов Б. Ельцин и Л. Кучма, а также представитель ОБСЕ Н.Хельвег-Петерсен

Приднестровская сторона видит в Меморандуме самое существенное в том, что исключается применение силы или угрозы ею. При решении любого самого спорного вопроса путь один -политические методы: переговоры, консультации, привлечение посредников. В документе сохранено положение о становлении государственно-правовых отношений. Приднестровье можег теперь принимать участие в решении внешнеполитических вопросов, если они затрагивают интересы региона. Оговорено также право Приднестровья на установление международных контактов в экономической, научно-технической и культурной областях, что позволяет региону выйти из изоляции, в которой он находился долгие годы.

Республику Молдова устраивает то, что в Меморандуме есть пункт, определяющий строительство отношений в рамках общего государства, а посредники берут на себя обязательство выступать гарантами соблюдения единства и территориальной целостности Молдовы (69).

Егоров С.А. Вооруженные конфликты и международное право. М., 1999.