Цензура в годы правления Екатерины II

Взойдя на престол в результате дворцового переворота, закончившегося убийством Петра III и, вероятно, поэтому получившего в Европе название «русской революции», Екатерина II хотела по возможности скрыть от русской, а главное европейской, публики неблаговидный путь, который привел ее к власти. Одной из первых книг, против которой ополчилась Екатерина, была книга французского публициста А. Гудара «Записки к истории Петра III, императора России...», вышедшая в 1763 г.

Взойдя на престол в результате дворцового переворота, закончившегося убийством Петра III и, вероятно, поэтому получившего в Европе название «русской революции», Екатерина II хотела по возможности скрыть от русской, а главное европейской, публики неблаговидный путь, который привел ее к власти. Одной из первых книг, против которой ополчилась Екатерина, была книга французского публициста А. Гудара «Записки к истории Петра III, императора России...», вышедшая в 1763 г.

Разгневанная императрица писала в сентябре 1763 г. генерал-прокурору Сената А.Н. Глебову: «Слышно, что в Академии наук продают такие книги, которые против закона, доброго нрава, нас самих и российской нации, которые во всем свете запрещены, как, например, Эмиль Руссо, Мемории Петра III, Писмы жидовские по французскому и много других подобных. А у вольных здешнего и московского городов книгопродавцев думать надобно, что еще более есть таких, которые служат к преобщении нравов, по той причине, что оные лавки ни под чьим ведомством не состоят. И так надлежит приказать наикрепчайшим образом Академии наук иметь смотрение, дабы в ее книжной лавке такие непорядки не происходили, а прочим книгопродавцам приказать ежегодные реестры посылать в Академию наук и университет московский, какие книги они намерены выписывать, а оным местам вычеркивать в тех реестрах такие книги, которые против закона, доброго нрава и нас» [1].

Принятый Екатериной в 1783 г. знаменитый указ о вольных типографиях был ею же отменен в конце жизни. Само слово «цензура» вошло в обиход в ее царствование. Впервые в стране была создана целая система цензурных учреждений. Все издания частных типографий должны были проходить цензуру в управах благочиния. Однако твердых правил цензуры еще не было, все находилось в личном усмотрении цензоров: чтобы в книге не было ничего «противного законам божиим и гражданским или же к явным соблазнам клонящегося» [2].

Первые отечественные учебники истории (Краткая универсальная история господина Ла Кроца. СПб., 1761; Фрейер И. Краткая всемирная история с продолжением оной до самых нынешних времен и присовокуплением Российской истории. М, 1769) обычно использовали безличные формулировки о «вступлении» той или иной фигуры на престол без указания на то, как именно это вступление происходило. В этих книгах нет «запрещенной» фигуры XVIII столетия – младенца-императора Ивана Антоновича, как и «кондиций» при вступлении на престол Анны Иоанновны, свержения Бирона или переворота 1762 г. Но в дальнейшем от простого «устранения» нежелательного прошлого пришлось отказаться, тем более что во второй половине столетия появились заграничные издания мемуаров очевидцев и участников событий. Один из первых издателей такого рода документов А.-Ф. Бюшинг в первом томе своего ежегодника «Magazin f?r die neue Historie und Geographie» (выходил с 1767 г.) поместил также первую статью на эту тему; там же появились жизнеописания ключевых фигур эпохи: Остермана, Бестужева-Рюмина, Лестока, Миниха и свергнутого императора Ивана Антоновича [3].

В России времен Екатерины II история была важнейшей «государственной» наукой, изучение которой «не могло иметь другого вида и цели, кроме прославления государства». Императрица лично контролировала процесс подготовки официального учебника русской истории. «Краткая российская история» вышла в 1799 г., переиздавалась в течение четверти века и отличалась умолчанием в отношении острых политических сюжетов. Так, Иван Антонович уже упоминался в качестве императора, но его правление «не долго продолжалось»; Бирона «удалили», а Петр III естественным образом «скончался в июле 1762 г.» [4]. В других подобных сочинениях вельможи добровольно отправлялись из столицы «в отдаленные местности»; Иван Антонович был «доброчестно заключен» и в конце концов лишен «тягостной самому ему... ни к чему не способной жизни»; Петр III, «добровольно отрекся от престола и вскоре затем скончался в Ропше» [5].

Лишь в некоторых вышедших из «вольных типографий» исторических трудах появлялись известия о колебании «государственных чинов» при избрании Екатерины I, ее нарушенном завещании, «договорной грамоте» 1730 г., свержении Бирона и убийстве Ивана Антоновича. В таких случаях вмешивалась цензура. Впоследствии запрещались к ввозу сочинения, повествующие о судьбе Петра III: произведения Ж. Кастера, Ж.-Ш. Тибо де Лаво и прочие «непозволительные» книги о российском дворе [6]. По заданию Екатерины II русские дипломаты делали все, чтобы не допустить издания книги секретаря французского посольства в Петербурге Клода Рюльера о «революции» 1762 г. [7]

Сама Екатерина II писала, что «от кончины Петра I до восшествия императрицы Анны царствовала невежества собственная корысть и борствовалась склонность к старинным обрядам с неведением и нежелателъством новых, введенных Петром I» [8]. Таким образом, императрица задала определенное осмысление российских дворцовых переворотов как борьбы сторонников петровских новшеств с поборниками старины. Кроме того, Екатерина II видела в событиях предшествовавшего времени ослабление могущества государства в результате «вредного и бедственного многоначалия» вельмож.

С другой стороны, неизвестный автор замечаний к «Запискам» Манштейна и оппозиционно настроенный к режиму Екатерины II М.М. Щербатов обращали внимание на отсутствие «основательных законов» о престолонаследии, «жестокие примеры» произвола временщиков, приводившего к всеобщему «повреждению нравов» в дворянской среде и репрессиям против знати и всего «народа» [9]. Наметившиеся разногласия долгое время не выходили за рамки частных бесед и записок, не предназначенных для печати. Тем не менее, запретная ранее тема при Екатерине II впервые становится предметом исторических размышлений. Правда, доступны они были только лицам, облеченным высочайшим доверием, и скорее подчеркивали проблему, связанную с отсутствием бесспорного порядка престолонаследия.

Итак, Екатерина II задала определенное осмысление российских дворцовых переворотов как борьбы сторонников петровских новшеств с поборниками старины, а в событиях предшествовавшего времени видела ослабление могущества государства в результате «вредного и бедственного многоначалия» вельмож. Несмотря на то, что в период царствования Екатерины II история признавалась важнейшей государственной наукой, ее официально назначенной целью было лишь прославление государства. «Краткая российская история» и другие учебники того времени отличалась умолчанием в отношении острых политических сюжетов, или же события дворцовых переворотов преподносились настолько сглажено, что не имели ничего общего с реальными событиями.

Исторические труды, издаваемые в «вольных типографиях», упоминающие драматические события, сопровождающие смену государственной власти в 1725-1742 гг. подвергались жесточайшей цензуре. Запрещались к ввозу сочинения, повествующие о судьбе Петра III прочие «непозволительные» книги о российском дворе. Русскими дипломатами предпринимались попытки недопущения выхода из печати такого рода книг даже за рубежом.

-----

  1. Богучарский В. Деятельность цензуры в России до царствования Александра II // Энциклопед. словарь Брокгауза и Эфрона. Т. 37а. СПб., 1903. С. 955-956. Цит. По: Лютова К.В. Спецхран библиотеки Академии наук... Спб.,1999.
  2. Семенников В.П. К истории цензуры в Екатерининскую эпоху // Русский библиофил. 1913. Янв.С. 2. (Отт. из журн.). Цит. По: Лютова К.В. Спецхран библиотеки Академии наук...? Спб.: Издательский отдел БАН, 1999.
  3. Русский перевод статьи издателя см.: Бюшинг А.-Ф. Основательно исследованные и изысканные причины перемен правления в доме Романовых //АКВ. М., 1882. Кн.25. С.31-47. Цит. По: Курукин И. В. Эпоха «дворских бурь». Рязань. 2003.
  4. Краткая российская история, изданная в пользу народных училищ Российской империи. СПб., 1799. Цит. По: Курукин И. В. Эпоха «дворских бурь». Рязань. 2003.
  5. Ефремов Н. Детская российская история, изданная в пользу обучающегося юношества. Смоленск, 1797; Мальгин Т. Зерцало российских государей с 862 по 1789 г. СПб., 1789; Нехачин И. Новое ядро российской истории. М., 1795; Талызин М.И. Краткая история России с обозрением достопримечательных происшествий в некоторых других европейских державах. СПб., 1815. Цит. По: Курукин И. В. Эпоха «дворских бурь». Рязань. 2003.
  6. Сомов В.А. Французская «Россика» эпохи Просвещения и царское правительство // Русские книги и библиотеки в XVI - первой половины XIX в. Л., 1983. С.119-120; Сомов В.А. О книге Ж.Ш. Лаво «История Петра III» // Книга в России XVI - середина XIX в.: книгораспространение, библиотеки, читатель. Л., 1987. С.102-116; Савельева Е.А. А.А. Куник и его собрание книг о России XVIII в. // Книга в России XVIII - середины XIX в. Л., 1989. С. 108-109.
  7. Алпатов М.А. «История, или анекдоты о революции в России в 1762 г.» Клода Карломана де Рюльера // Проблемы истории русского общественного движения и исторической науки. М., 1981. С. 322-326; Западов В.А. Краткий очерк истории русской цензуры 60-90-х гг. XVIII в. // УЗ Ленинградск. пед. ин-та им. А.И. Герцена. Л., 1971. Т.414. С.95-96.
  8. Пекарский П.П. Собственноручная записка Екатерины II об ошибках в государственном управлении после кончины Петра Великого // PC. 1880. №12. С.1047. (См.: Курукин И. В. Эпоха «дворских бурь». Рязань. 2003).
  9. См.: Замечания на «Записки о России генерала Манштейна» // Перевороты и войны. С. 415, 449, 475;  «О повреждении нравов в России» князя М. Щербатова... М., 1985. С.84, 89, 96, 106-108.

См.: Эпоха дворцовых переворотов в отечественной историографии

istoriirossii.ru